Дождалась

 

У Татьяны и ее тридцатилетней дочери Вероники отношения всегда были доверительными. И тогда, когда дочь переживала переходный возраст, и теперь, когда она повзрослела, стала самостоятельной.

Единственное, что беспокоило Татьяну: Вероника никак не могла устроить личную жизнь.

Дочь всячески ее успокаивала:

– Мамуль, зря ты переживаешь. Все будет хорошо. Просто я еще не встретила мужчину своей мечты.

– Понимаю, доченька. Только и ты пойми: мы с папой очень хотим, чтобы у тебя все сложилось, чтобы ты была счастлива. И детки чтобы были…

– Все будет, мама. В свое время. Обещаю.

Татьяна успокаивалась, но спустя время возвращалась к «больной» теме.

– Не понимаю, – как-то поделилась она с мужем, – куда мужики смотрят? Вероника такая замечательная! Умная, добрая, хозяйственная. И зарабатывает, и квартира своя. И красавица, каких поискать. А до сих пор одна. Не понимаю.

– Не дай, Бог, если ее по таким критериям выбирать будут, – отозвался Сергей, присаживаясь к жене поближе, – ей это не нужно.

– А что нужно?

– Танюш, ты меня удивляешь, – улыбнулся отец семейства, – любовь нужна! Взаимная. Как у нас с тобой. Вот тогда я буду спокоен.

– Любо-о-овь…, – с грустью произнесла Татьяна, – разве сегодня думают о любви?

– Если не думают, значит и связывать свою жизнь с такими не стоит. Правильно дочка делает: не торопится замуж выйти. Вон, подружки ее: и сходили, и развелись, и в одиночку детей воспитывают. Ты же не хочешь Веронике такой судьбы?

– Конечно, нет. Но ты представь, в каком возрасте она впервые мамой станет.

– В нормальном. Осознанном. Не то, что мы с тобой. Тебе двадцать едва исполнилось, когда она родилась. Что мы тогда понимали? Сами были как дети.

– Зато взрослели вместе, – улыбнулась Татьяна, – Вероника для меня не только дочь, но и подруга ближайшая. Это дорогого стоит.

– Согласен, – Сергей обнял жену, поцеловал, – вовремя мы с тобой…

В этот момент раздался телефонный звонок.

– Это Вероника, – радостно сообщила Татьяна, взглянув на экран, – будто чувствует, что мы о ней говорим.

– Алло, мам, – послышалось в трубке, – вы там с папой на субботу ничего не планировали?

– Нет, а что такое?

– Приглашаю вас на обед. Придете?

– Конечно. А что случилось?

– У меня для вас сюрприз! Ну все, пока. Жду в субботу…

Сергей, который прекрасно слышал разговор, удивился:

– Что это было? Может, дату какую забыли?

– Не знаю, вроде нет, – задумчиво ответила Татьяна, которая удивилась не меньше, – ой, а вдруг?

– Что?

– Вдруг она хочет нас с кем-то познакомить?

– Хм, может быть…

Неделя тянулась невероятно долго, но Татьяна мужественно терпела, не приставала к Веронике с расспросами. Наконец, долгожданный день настал. Войдя в квартиру дочери, Татьяна внутренне ахнула и растерянно посмотрела на мужа. Везде: на столе, на полу, на подоконниках стояли вазы с белыми цветами. Тут были и розы, и хризантемы, и лилии. В декабре!

– Руслан подарил, мы месяц назад познакомились, – немного смущаясь, пояснила Вероника.

Сергей даже присвистнул:

– Ничего себе! Первый раз такое изобилие вижу. Не знал, дочка, что ты белые цветы любишь.

– А я и не…, – начала было Вероника, но осеклась: в дверь позвонили.

Хозяйка заволновалась, на щеках вспыхнул румянец.

– Мама, это он! Сейчас…

Она побежала открывать.

Родители переглянулись.

– Что-то он мне уже не нравится, – тихонько сказала Татьяна мужу.

– Погоди паниковать, – Сергей сжал руку жены, – посмотрим.

Он вошел в комнату как хозяин. Именно так. Высокий, красивый, статный. Вероника рядом выглядела как серенькая мышка, хотя таковою вовсе не была.

– Руслан, – мужчина протянул Сергею руку. Татьяне просто кивнул, отчего женщину буквально передернуло.

«Какой надменный», – подумала она.

Мужчина ни слова ни говоря прошел в ванную, долго, тщательно мыл руки, потом вернулся в комнату.

И тут Татьяна услышала:

– Ну что, прошу к столу.

Эти слова произнес Руслан. Гость. Или уже хозяин? Татьяна не знала, что и думать.

– Вероника, ты где? – это снова он, – я думал у тебя все готово.

– Секундочку, я сейчас, – отозвалась Вероника.

– Пойду помогу, – Сергей встал и отправился на кухню.

Руслан проводил его удивленным взглядом.

Пока не появились отец с дочерью, в комнате висела звенящая тишина.

– А вот и мы, – Сергей поставил на стол тарелку с хлебом, Вероника – вазу с фруктами.

Руслан укоризненно глянул на нее, хотел что-то сказать, но сдержался.

Обед проходил напряженно. Как ни старались родители создать доброжелательную атмосферу, ничего не получалось. Руслан односложно отвечал на вопросы, если говорил, то обращался только к Сергею. Высказывания Татьяны слушал снисходительно, кривя губами. Руки Вероники он не попросил и речь о свадьбе не заводил.

 

 

Когда родители уходили, Вероника пообещала, что завтра обязательно к ним зайдет. Она выглядела совершенно счастливой. Было очевидно, что дочь влюблена и в упор не замечает странностей в поведении Руслана.

Не успела Вероника ступить на порог, как родители пошли в атаку:

– Прости, дочь, но он нам не понравился, – сказала мать, обнимая Веронику и усаживая рядом с собой.

– Нет, доча, он, конечно, парень симпатичный, – отец говорил, с трудом подбирая слова, – наверняка умный, предприимчивый, не жадный. Вон какими букетами одаривает! Только… Жесткий он слишком, на тирана смахивает. И цветы эти белые… Что-то с ним не так. Ты видела, как он с мамой разговаривал?

– Он замечательный! – улыбнулась Вероника, – а разговаривал так, потому что смущался очень. На самом деле он сильный, щедрый, заботливый. Он мне очень нравится.

– А ты ему? Что он говорит? – Татьяна с волнением ждала ответа.

– Он ничего не говорит, мам. Руслан вообще молчун. Так что я могу только догадываться.

– Ну, и…? – спросил отец.

– Кажется, он меня любит. Приходит каждый день. Цветов столько… Заботится… Ну, не знаю, как объяснить.

– Замуж позовет – пойдешь? – Татьяна решила брать быка за рога.

– Пойду.

– Зря.

– Мама!!!

– Не твой это человек, доченька, поверь. Он злой, надменный, себе на уме. Ты посмотри, как он себя ведет! Тоже мне – хозяин! Он что, живет у тебя?

– Нет. У него своя квартира. Но приходит часто. Мам, тебе показалось. Руслан очень хороший. И потом: ты же хотела, чтобы я наладила личную жизнь. Вот…

– Не любит он тебя, Вероника. Это же видно невооруженным взглядом.

– Ты ошибаешься, – у Вероники испортилось настроение, она даже не скрывала, что обиделась, – просто папа у нас – человек мягкий, даже чересчур, а Руслан – настоящий мужчина. Грубоват? Да. Зато он надежный. Я именно о таком мечтала. Чтобы как за каменной стеной.

– Смотри, как бы он тебя за этой каменной стеной в золотую клетку не посадил, – буркнул Сергей. – Белые цветочки… Он даже не знает, что ты как раз белые терпеть не можешь. Мама права: не пара он тебе. Но ты же нам все равно не поверишь. Поступай как хочешь. Только не жди, что мы станем играть в его игры. Это вчера мы изучали его, поэтому терпели. Ну, а ты – смотри сама. Дай, Бог, чтобы мы ошибались.

Через пару недель Вероника сообщила, что переезжает к Руслану.

Сергею это не понравилось:

– Я столько раз говорил ей, что против гражданского брака. Как она могла?

– Любит она, – тихо отозвалась Татьяна, – ты же хотел, чтобы она влюбилась? Вот оно – счастье.

– Я же не это имел в виду…

– Понятно… Только что мы теперь можем? Ждать. Уверена – это ненадолго.

И действительно. Через месяц Вероника вернулась домой. Вид у нее был подавленный. Рассказывать, что стряслось, она наотрез отказалась. Руслан приехал за ней на следующий день с белым букетом. Вероника сильно не сопротивлялась – вернулась.

А потом это стало нормой: она уходит, он – возвращает, она – не сопротивляется.

Родители не вмешивались.

Где-то через полгода дочь приехала к ним среди ночи. Мать и отец удивились:

– Правильно, что приехала. Только почему не в свою квартиру?

– Руслан забрал у меня ключи, – прошептала Вероника, утирая слезы.

– С какой стати? – возмутился Сергей.

– Он так решил, – отозвалась дочь, – ему можно все. Он мужчина. Это мне ничего нельзя. Даже к вам лишний раз сходить.

– И давно ты такой послушной стала? – съязвил Сергей, – была нормальная, веселая, а теперь? Чего глаза отводишь?

– Потому что ты был прав, папа. Зря я к нему переехала…

– Так возвращайся домой!

– Не могу. Он меня бросит. Понимаешь? У них в семье принято, что мужчина – главный. Женщина должна его любить, ублажать, заботиться, заниматься домом, рожать детей. И слушаться. И это не обсуждается.

Знаешь, что он мне сегодня сказал? Что я плохая хозяйка, что болтливая и своенравная, что мало его люблю.

– Неужели? – в голосе Татьяны прозвучал сарказм, – это ты плохая хозяйка?

– Да! – выкрикнула Вероника, которая уже не могла сдерживать эмоции. – Он очень чистоплотный. Ненавидит беспорядок. О пыли или грязной посуде я вообще молчу. Потому и белый цвет так любит. Считает его идеальным, чистым.

А я, видите ли, уничтожаю эту красоту. До меня он сам квартиру убирал. Теперь я это делаю. Так он на люстре пыль проверяет! Смотрит, помыла ли я подоконник за окном. Чашки на скрип пробует. Унитаз – вообще отдельная тема. Он должен быть белоснежным, сиять чистотой. Проверяет под ободком – помыла ли?

И так каждый день!

Найдет косяк какой-нибудь и все: ты меня не любишь, не уважаешь. Ну, я не выдерживаю и ухожу, чтобы не ругаться.

– Такое впечатление, что вы лет сорок вместе прожили, – с горечью сказала Татьяна, – разве так ведут себя люди, которые меньше года вместе и любят друг друга? Беги от него, доченька! Представь, каким он станет лет через пять, через десять! Люди не меняются, многие только хуже становятся!

– Но я люблю его, мама! Понимаешь? Люблю! Я не смогу без него!

– Еще как сможешь, – твердо сказал отец. С данного момента ты под арестом. Я лично с ним разговаривать буду. Если появится.

– Под арестом? – Вероника сначала испугалась, потом рассмеялась, – зачем это?

– Будем лечить тебя от зависимости.

– Я не алкоголичка, не наркоманка. Какие зависимости?

– Аспекты разные, суть – одна, – было похоже, что Сергей всерьез настроился дать бой любовной привязанности Вероники.

– Чем лечить будете? – дочь продолжила начатую игру, – свяжете?

– А ты не смейся, – Сергей «грозно» нахмурил брови, – а то выдам тебя замуж за первого встречного!

Все трое расхохотались…

Напряжение спало. Начался обстоятельный, доверительный разговор. Родители узнали много нового о чистоплотности Руслана, которая была чистой воды абсурдом.

Например, он не только маниакально искал пыль по всей квартире, но и скрупулезно разглядывал еду, которую Вероника готовила! Упаси, Боже, если видел не вырезанный изъян на картофелине или других овощах! Жилки на мясе приводили его в бешенство. Полотенцем пользовался строго один день и каким-то шестым чувством сходу определял: поменяла его Вероника или нет.

Он часами рыскал по городу в поисках продуктов, которые считал пригодными для еды. Злился, когда Вероника, не обращая внимания на этикетку, бросала товар в корзину.

А утюжка!

Одна малюсенькая, едва заметная складочка на рубашке однажды чуть не стоила Веронике головы. Он просто запустил в нее утюгом!

И так во всем.

– Я только и слышу от него: ты грязнуля, тебя мать ничему не научила! Зачем ты мне нужна?

– Кошмар, – Татьяна схватилась за голову, – и ты все это терпишь? Он ведь тебе даже не муж. Да он тебя на руках должен носить!

– Ага, на руках…, – Вероника всхлипнула, – это раньше он меня на руках носил, а как стали жить вместе – сразу указал, где мое место. Он так и говорит: это ты – для меня, а не я – для тебя.

– Будто прислугу нанял, – не удержалась Татьяна.

– Так и есть, – Вероника продолжала беззвучно плакать, – а еще кухарку, покорную жену и женщину низкой социальной ответственности (ну, не смогла она произнести при родителях более конкретное слово). И все это – в одном лице. Как Руслан говорит: в одном флаконе.

И я должна соответствовать! Иначе меня ждет наказание.

– Что? Наказание? – Сергей нервно забегал по комнате, – я пальцем тебя не трогал!

– Так и он не трогает, – в голосе Вероники было столько печальной безысходности, что у родителей сжалось сердце, – он морально убивает. Молчит. Игнорирует. Делает вид, что я ‒ пустое место.

– Бред какой-то! – Татьяна просто не верила тому, что слышит, – он явно больной. Почему ты все это терпишь?

– Сначала любила, – Вероника говорила и смотрела в одну точку, словно не хотела спугнуть момент откровения, – потом, думая, что сама во многом виновата, исполняла его желания. Думала: заметит, оценит, полюбит.

А он играл со мной как кошка с мышкой: то приблизит, пожалеет, даже погладит. То – пнет ногой как последнюю…

Пару раз хотела сбежать от всего этого, а он как зверь: чувствует опасность и резко меняется. Становится внимательным, заботливым, очень нежным. Каждый день говорит о любви, смотрит так, что сердце заходится от восторга.

А он наблюдает… И как только поймет, что птичка расслабилась – начинает все сначала.

Сергей смотрел на дочь с недоумением:

– Вероника, если все так как ты рассказываешь, если ты все понимаешь, ответь ради Бога: что ты там делаешь?! Почему ты не дома?!

Вероника смахнула слезинку, помолчала и тихо ответила:

– Я беременна…

источник

Понравилось? Поделись с друзьями:
WordPress: 9.19MB | MySQL:47 | 0,310sec