В поисках мамы

— Машка. – тихо прошептала я.

Машка продолжала дрыхнуть.

— Машка, вставай. – прошептала ещё раз, и потрясла сестрёнку за руку.

Машка вскочила с кровати, откинув одеяло в сторону.

— Я готова. — бодро воскликнула Машка.

Оказалось, что она легла спать уже одетой. Для своих шести лет она была очень сообразительным ребёнком.

— Да тихо ты, разбудишь всех. Пошли.

Накинув рюкзачок с едой и водой на спину, повела Машку к выходу.

Свежий июльский ветерок дышал запахом трав и навоза. Полная луна освещала весь двор хозяйства семьи Сидоровых. Я тихо закрыла за нами входную дверь, на которой два дня назад предусмотрительно смазала петли. Бобик, яростно подметая хвостом землю, подбежал к нам и стал крутиться у ног. Почесав его за ухом, приказала вернуться на место. Бобик отошёл в сторонку и смотрел в след, пока мы не скрылись за воротами.

— Я не понимаю, зачем нам уходить? Может не надо? – ныла Машка, шагая рядом.

— Маш, надо. Я всё спланировала. Мама в Ростове. Сейчас на остановку. Там до автовокзала, и на автобусе до Ростова. Завтра будем уже у мамы.

В ответ Машка лишь шмыгнула носом. Только бы она не капризничала в пути.

Мы вышил за пределы села, и я решила срезать через лес. Если идти до моста, то выйдет минут на пять дольше, а так пройти немного по тропинке через рощу, потом через речку и мы у остановки.

Полная луна пробивалась сквозь ветки и освещала тропинку.

— Ой, земляничка – крикнула Машка, когда мы вышли на поляну.

Она вырвалась и побежала собирать ягоду.

— Маш, ну не сейчас. Давай быстрее, на развозку опоздаем. Следующая только через три часа будет.

— Свеееет. Ну я щаз. – крикнула в ответ Машка, засовывая ягоду то рот, то в карман.

— Всё, Маш. Я ухожу. — я сделала вид, что пошла дальше.

— Иду. – ответила Маша и нехотя направилась ко мне, поглядывая по сторонам.

Она успела набить полные карманы ягод и ещё несколько держала в руках.

— Это я маме – оправдывалась Машка.

За полянкой мы спустились к речке. Она только называется речкой, на самом деле небольшой ручеёк. Я перепрыгнула по камням на другой берег и протянула руку Машке. Машка не давала рук, так как они были заняты и осторожно, переваливаясь с камня на камень, двинулась ко мне. На одном из камней она потеряла равновесие, и я схватила её за руку.

— Земляничка! – крикнула Машка, выронив ягоды из рук.

Притянув Машку к себе, быстро потащила её к остановке, а Машка смотрела назад на уплывающие ягоды.

Мы вышли к дороге, и я увидела уезжающий с остановки автобус.

— Ну вот, из-за твоих ягод мы опоздали!

— Всё, никуда не поеду — обиделась Машка и села на камень сложив руки на груди.

Погода этим летом была странная. Как-будто капризный ребёнок научился управлять природой и развлекался этим каждый день. Вот вчера с утра подул сильный восточный ветер, потом ливень с молнией, потом яркое солнце на чистом синем небе, потом опять ливень и день закончился прекрасным закатом с двухцветной радугой.

Пошёл дождь.

— Маш, не обижайся. Вон кто-то едет, может подбросят.

На дороге показался грузовик. Здесь редко ездят дальнобойщики, и это был наш шанс уехать. Я начала голосовать у дороги. Грузовик остановился и открылась пассажирская дверь.

— Тебе куда? – спросил водитель.

— Нам в Ростов

— Так далеко. И не страшно вам ночью на трассе голосовать? Вот дети пошли.

— Я не ребёнок. Мне уже восемнадцать. – соврала я — Едем?

— Эх. И зачем мне это?

— Довезёшь, дам две тыщи. Расчёт, когда приедем.

— Ну садитесь. Меня Карим зовут. А вас как?

— Не важно. – ответила я, и мы залезли в кабину.

Через пол часа начало светать. Наверное, нас уже хватились.

Карим был очень разговорчивым и много рассказывал о своей жизни. Мы с Машкой молча слушали.

На одном из поворотов машина свернула.

— Заправиться надо – сказал Карим, почувствовав мои переживания.

И они были обоснованы. А что, если он нас не довезёт и ограбит?

Грузовик заехал в посёлок и остановился у крайнего дома. Карим два раза посигналил.

— Сейчас. Не переживай. Всё хорошо будет. – от этих его слов мне стало не по себе.

Попробовала открыть дверь, но Карим опередил и заблокировал .

Из дома вышел небритый мужчина в трениках и в майке. Он запрыгнул на подножку с пассажирской стороны, и Карим открыл ему окно.

— Салам, Карим – сказал мужчина.

— Салам, Саня. Смотри каких я тебе красавиц привёз. На твоей дороге подобрал.

— Ага, вижу. – сердито сказал мужчина, смотря на нас. – Сидоровы уже весь район на уши подняли. Поехали в участок, только ты осторожно, я тут на подножке постою. Разрешите представиться, — обратился он ко мне — лейтенант Семенко Александр Палыч. Извините, что не в форме, не успел.

— Отпустите нас немедленно. Мы к маме едем. Я буду жаловаться. – кричала я на мужчин, а грузовик медленно подъехал к полицейскому участку.

 

 

Машка всё это время была удивительно спокойна. Александр Палыч помог мне и Машке выйти.

— Спасибо, Карим. Своим привет от меня. — попрощался он с Каримом и закрыл дверь.

Грузовик уехал, а мы зашли в полицейский участок. В кабинете Александра Палыча было чисто и даже уютно. Пара стульев, небольшой письменный стол с монитором, кресло, шкаф с папками, сейф, вешалка с формой и портрет президента на стене – вот и весь кабинет.

— Вы тут посидите, а я пойду переоденусь – сказал Александр Палыч, взял форму с вешалки и вышел.

Машка села на стул и смотрела в окно, а я ходила из угла в угол. Через минут десять вернулся Александр Палыч и тётя Настя. Тётю Настю я знаю, она из службы опеки. Оказалось, что она тут живёт.

— Привет, Маша, Света. Света, вот зачем ты опять?

Я не стала слушать её лекции и вышла на улицу. Хотела совсем убежать, но без Машки никуда не уйду.

Через пять минут тётя Настя тоже вышла.

— Извини. – сказала она.

— Мы нужны маме. Мы к ней хотим. – кричала ей в ответ. — Не надо нам больше искать семьи, у нас своя есть. Поняли. Отстаньте от нас.

— Не может она о вас заботиться, Свет. Да, она опять в Ростове. Но она опять сорвалась. Она же сама отказную написала, пока трезвая была. Она понимает это, а ты не хочешь понять.

— Всё лучше, чем в чужой семье.

— Чем тебе Сидоровы не угодили? Полгода жили нормально и вот. Семён умный, рукастый, не пьёт. Зина – добрейшей души человек.

— Она кричала на меня! Да они нас взяли, только потому что своих нет.

— Кричала? А мать не кричала? Я б тебя давно уже прибила за подобную выходку. Вот увидишь, Зина сейчас приедет, ни слова тебе поперёк не скажет. Тебе пятнадцать. Потерпи три года. Хотя бы ради Машки.

Я не хотела ей ничего отвечать. Мы так и стояли, пока к полицейскому участку не подъехала наша машина. Зина и Семён вышли и остановились около машины. Зина смотрела на меня, я смотрела на собаку.

Из участка выбежала Машка и прямо к Зине.

— Доченька! – крикнула Зина, присела и развела руки в стороны, желая обнять Машку.

Машка подбежала к ней и прыгнула в объятия.

— Я тебе земляничку нарвала. – сказала Машка, показывая ягоды в кармашке.

— Ой какие красивые. Прям к завтраку. Свет, поехали домой? — мягко, совсем без укора спросила Зина.

— Маш, садись в машину – сказала я, с трудом сдерживая ком в горле.

Автор: Alexey.Talayev

источник

Понравилось? Поделись с друзьями:
WordPress: 9.19MB | MySQL:47 | 0,272sec