Старик

-Ой, ой, Нюра…Ой…
-Чего орёшь, как оглашенный, старых чёрт?
— Помираю, я Нюра…Кажись всё, кончилось моё земное шуществование, Нюра…Нюрааааа

 

 

-Што такое, што Ваня, что случилось, — старуха подорвалась, подскочила к лежащему на кровати старику, укрытому одеялом толстым, ватным и сверху ещё тулупом…

-ВАнюшка, ВАнюшка, ой господи, да што ты такое говоришь, сердешеый, што такое. Погоди, ты полежи, полежи Ванюша…я чичас, я чичас, за фершалом сбегаю, ой ты божечки, ВАнюшка…Где болит, где? Сердешный ты мой…

-Стой, Нюра, — слабым голосом говорит старик, — стой…Не надо фершала, всё, мать, поздно…Ты посиди, посиди со мной…

-Оооой, — старуха опустилась на принесённую ею табуретку, с облупившейся краской.

-Вот, — слабым голосом говорит старик, — обещал выкрасить табуретки, не успел…придётся тебе Нюра нанимать Ваську Шебекина, та смотри, штобы тот ирод, краску хорошо наносил, а то я знаю его…

В прошлом годе Митька Полухин, нанял его ворота покрасить, так тот Васька, едва кисточкой повазюкал аж прогалины в кулак было видно, для виду, а краску, сатрап, пропил…

-Так кто же эт взял у его, Ваня, краску -то?

-Так кто, кто? Нашлись люди, Нюра…я и взял, а что? Ежели за дёшево продають, я по твоему чем крыльцо выкрасил? Вооот…

-Это ты старый пёс и меня, и Митьку омманул? Ты ить мене сказал, што с району Клавка привезла, мол, заказывал, а я-то ишшо думаю, чего так мало, краски-то. А оно вон што…

А ещё и Митьку с Глашкой велел не пушшать во двор, мол поросята бегают по двору, а они глазливые, Полухины-то…

-Знать, глазливые. В позатом годе, у Кости Ермолкина, жеребёнка сглазили ить.

-Какого жеребёнка, Ваня? У них не было жеребят…

-Оттого и не было, што эти востроглазые сглазили…

-Постой, так у Кости мерин же…

-Но…говорю же, сглазили…Да што ты, Нюра, ну тебя, заболтаешь хучь кого, даже саму…

-Ково же, Ваня?

-Её, — показал старик глазами куда -то в бок.

-Ох, ты ж, матушки мои, — старуха начала креститься, мелко неистово.

-Нюра, слухай меня, стулья…

-Да чёрт с нимя, с теми стульями Ваня, ооой…

-Не плачь, Нюра, и прости ты меня за всё…И я тебя прощчаю, Нюрочка.

-Ты меня? — старуха перешла на шёпот, — ты меня прощаешь, ах ты подлюга! Он меня прощчает, а скока ты мне крови попил, Ваня? Скоко нервов помотал?

-Яяяя? Та ты штооо, Нюрочка…

-А то, ВАнюша, хто с Райкой телепалси?

-А, кто, Нюра?

-Я те дам хто, я те дам…Свёклу оне полють, рядки вместе взяли, а то мене не доложили, как вы свёклу полете, в защитке, ууу, гад…

-Поклёп и навет, Нюра. А ежели што и было может, то всё не я, а натура моя кобелинская, у меня и отец такой был, и дед, и прадед. Мы видно от оборотней произошли, Нюра…

-Тьфу дурак старый, ажно слов на тебя не хватат, ну как есть придурок, оборотень, тьфу…Пёс смердячий…

-Паапрашу! И вообще, Нюра, ты же своими доставаниями и мёртвого из могилы достанешь. Слухай мои слова последние и наказы…

-Ну.

-Салазки гну, сапоги мои, которые из города привёз тот год, когда Майка двух телят принесла, ты йих вычисти, высуши и на чердак повесь…

-На что, Ваня? Можеть отдать кому?

-Ага, чичас, отдать, нехай висять, пригодятся. Всё ей бы отдать. Ох, пустишь ты меня по миру, Нюра.

-Ково я тебя пушчу? Тебе ль не всё равно будет, Ваня?

-Не всё равно, я это всё, Нюра наживал непосильным трудом, а ты транжира такая, враз всё раздать хочешь. Моцотикл…

-Пушшай стоить, да Вань?

-Да погоди ты, моцотикл, пушшай стоить. За ягодой на чём ездить будешь?

-Та што я сама поеду?

-Почто сама? Пашку Семилукина позовёшь, он вас с бабкой своей, Марьей Пантелеевной и свозить.

-Аааа, ну ладно, Ваня…

Долго перечислял старик разные наказы для старухи, и ругались они и мирились и плакать принимались.

Долгий век прожили старик со старухой, есть что вспомнить и о чём погрустить

-Детям сообщить надо, Ваня…

-Потом, Нюра как не станет меня…Чё уж их зря беспокоить…давай уж вместе побудем, Нюра…

-Давай Ванечка. а вроде тебе легше стало?

-Да прямо, Нюрочка, ноги уже не чують до бёдров, поначалу тепло так было, а потом…

-Ой, Ваня, я побегу всё же за фершалом, а ну как укол какой…

-Погоди, Нюра…Скажи мне, как ты жить -то будешь, когда меня не станет?

-А что Ваня, всё сделаю по правилам, завтрик значит отнесу…

-Какой завтрик, кому?

-Ну ты чё, хоть, старый…

-Аааа, ну чё? Дальше -то?

-Дальше што? Девять дён, как водится, справлю…

-А кого позовёшь. Нюра? На девять дён-то?

-Ну кого? Ковалёвых, Митлушкиных, Ваньку Рапу. дружка твово…

-Ваньку не зови…

-Как так-то? Как не зови? Ты што, Ваня?

-А так…Он по — молодости слюни на тебя пускал, да всё говорил кака ты бабочка справна. Как узнает што препятствия в виде меня нет, так мигом свои старые, скрипучие деревянные колёса подкатить, знаю я его.

-Тьфу на тя, Вань, ну чё такое городишь? Ну?

-А того, я сказал, смотри мне, Нюрка…Я сказал своё слово…

-Ладно, чё уж.

-Ни чёкай мне…Ну и что дальше, вот девять дён справишь и чё?

-Ну потом сорок, Ваня…

-Ну…

-А потом и к ребятам уеду.

-К каким ребятам?

-Да к сынам нашим с тобой, али к Варваре, дочке. Может по очереди.Хучь на старости лет поживу по человечьи.

-О, как …

-Ну…

А куды, скажи ты мне Златку с Ваською денешь? Ну Ваську допустим, так как он кот, семейства кошка, его можно и в хате держать? А вот Златку куды?

-Как куды, ну это…

-Ага, это, зима- лето. Куды?

-Ой, старый, а я и не подумала…

-Вооот, Нюра, ты не думашь. никогда…кто тебя с таким приданным к себе возьмёт, сама стара, да кот с собакою…

-А что же мне делать, Ваня?

-Не знаю, Нюра…Придётся здесь жить.

-А как же я одна, Ваня…

-А ты что старая, долго ли без меня тут собраласи жить?

-Нууу, я не спешу, Ваня…

-Подлая ты баба, Нюра…

-Я? Та с чего же?

-А с того, я значица тама один буду, а она тут…

-Да что ты, что ты, Ванюша, тебе ить там не надо ни дров, ни опять еду готовить, на всём готовом будешь. Будешь сидеть на облачке, да ножками дрыгать, яблочки райские хряпать.

-Дык зубов нет, Нюра.

-Та что ты, сердечный мой, там ить новые вырастут.

-Думаешь?

-Ну.

-А ежели навернусь с облака?

-Тьфу на тебя, в пекло тады попадёшь, будут тебя окаяшки на сковородке чугунной жарить.Слушай, Ваня, ты либо помирай, либо вставай и езжай дрова готовить, дел полно, а я с тобой здесь воландаюсь.

-Злая ты, Нюра.

-Злая, конешно…я -то тута остаюсь, а тебе там ни о чём не надо заботиться, всё за тебя сделают.

-А ну как в пекло попаду.

-Там -то точно дрова есть, а у меня не будет, али думаешь оттудава мне дров переправить?

-Ой, не могу…Оййй, батюшки…

-Ну что, что Ваня?

-Ноги, ноженьки мои Нюра, ой мочи нету, ой к сердцу идёть…

-Ой, ой. — кричит старуха, Ваня, Ванечка, ой…Златка ишшо не кормлена, ой Ванечка, не умирай ты мой касатик, и Васька молока не требовает ирод. Видно правду говорят, что животные со двора уходють, как чувствуют что, ооой…

-Аааа Нюра, дыхать нечем, оооу…

-Ой, Ванечка…Златка, Златка зараза такая, Вася…идите хучь с хозяином попрощайтесь…

Тулуп, которым был укрыт старик поверх одеяла, вдруг приподнялся и оттуда вылез потягиваясь огромный серый кот.

Котяра, а не кот, он потягивался, жмурился и смотрел презрительно на хозяйку, тулуп опять зашевелился и выглянула хитрая, лисья мордочка, собаки Златки…

-Это что вы, это как? Вы что, черти полосатые я их зову значит, а они пригрелись на ногах у старого и лежат.

-Ой, Нюра, ой ног не чую…

-Конечно, как ты их учуешь, когда Златка с Васькой тебе их отлежали.

-Как это?

-Да так это. А ну -ка, пошевельни пАльцами, пошевельни говорю.

— Шевелются, Нюра, шевелются…Итиху — колотиху, шевелятся…

Старик осторожно пошевелил пальцами, потом поднялся в кровати и сел.

-Дай воды старуха.

-Я те дам старуху!

-Бабка, я с того света вернулся, дай воды.

-И што? Как тама тебе, на том свете было? — ехидно спросила старуха.

-Плохо, Нюра…

-А што так? Там ить и яблоки райские, и цвяты.

-И яблоки, и цвяты, — соглашается старик, — да одно плохо, Нюра, тебя- то рядом нет, а как я без тебя, мы ить, шестьдесят годов, как один день вместе прожили.

Ладно, поеду што ли в лес съездю, а?

-Так что, Ваня, за фершалом не ходить?

-А на кой он нужон? ежели токмо за дровами со мной позвать?

-Да ну тя, старый чёрт. Иди поешь лучше,я пока чё с собой возьму, а то поди до ночи в лесу-то пробудем?

-А ты што, со мной Нюра?

-Ну а куды тебя чёрта лысого, одного -то отправлять.

-Ишь, старая карга, — наклонился к коту старик — любить меня, лююююбить, голуба моя Анна Тимофевна, охо-хо-хо, мне и рая без неё не нать. О, как, Васька я люблю её тоже каргу мою, старую.

Я ить с ней,с Нюрой моей, от с таких годочков, ишшо зубов не было, а уже женихались. Чичас опять нет, зубов-то, о-хо-хо.

Ну ничё, Нюра сказала, што там они у нас будут,зубы-то, а пока так…

источник

Понравилось? Поделись с друзьями:
WordPress: 9.19MB | MySQL:47 | 0,314sec