Нужно уметь прощать

Какие-то странности замечала Вероника в последнее время в отношениях своих родителей, когда разговаривала с ними по телефону. Звонила матери, просила позвать отца, его не было рядом каждый раз, звонила отцу — та же история. Какие-то предчувствия терзали её.

 

 

Вероника считает себя городской, она после школы поступила в институт в большом и шумном городе. Ей двадцать семь лет, работает в большой компании, у неё есть уже своя небольшая квартирка, и скоро выходит замуж.

После очередного разговора с матерью, решила Вероника поехать домой:

— Мам, что у вас там происходит, опять отца нет? – спрашивала она у матери.

— Ничего, дочка. Все нормально, все живы-здоровы.

Вероника смотрела в забрызганное окно микроавтобуса, который вез её домой в деревню. Здесь она родилась и выросла, родители живут здесь. С годами она отвыкла от сельских пейзажей, приезжала в деревню редко и даже не скучала особо. Выйдя из микроавтобуса, огляделась, узнавая знакомые места с детства, кажется все так же. Только деревья вроде бы стали выше, вывеска на магазине сменилась, молодежь не узнает.

Родительский дом смотрел на неё голубыми ставнями, около забора росла все та же черемуха и две сосны, которые когда-то посадил отец. Мать, увидев дочь в окно, выскочила на крыльцо:

— Доченька, Вероничка! Наконец-то, давно не приезжала, — со слезами на глазах говорила мать Татьяна и смотрела в родное лицо улыбаясь.

— Мам, я тоже соскучилась, только слезы-то зачем?

Вошли в дом, вроде бы там все также, ну если только скатерть новая на столе.

— Мам, а папа где?

— Он в командировке, дочка, через два дня приедет. Я давно хотела тебе сказать и отец тоже, но как-то все не получалось. Разошлись мы с твоим отцом.

— Как это? Как это разошлись? Столько лет прожили? – отодвинув чашку с чаем, удивилась дочь.

И где он сейчас? Где живет, — она вскочила, прошла в комнату, открыла дверцы шкафа, отцовских вещей не было.

-Выслушай меня, Вероника, пожалуйста, — просила мать. – Такое бывает, родители расходятся. Вот и мы с твоим отцом решили расстаться.

— Мам, ну как это расстаться, ведь много лет прожили, меня воспитали. Я даже скандалов между вами не замечала. А тут такое. Разошлись и меня не поставили в известность.

— Да мы не очень давно разошлись, — оправдывалась Татьяна, — хотя наша жизнь давно дала трещину, мы жили и делали вид, что у нас все хорошо. Но ты здесь ни при чем, мы тебя так же любим, ты для нас самый родной человечек и отец тебя точно так же любит, как и раньше.

— А где он живет? В бабушкин дом ушел?

— Да, там живет.

— Я пойду сейчас к нему, мне нужно срочно с ним поговорить — сказала, вставая Вероника.

— Дочка, его правда нет, в командировке он с Петровичем, а живет он там не один. У него другая женщина. Здесь нет ничего удивительного, ведь он еще не старый.

— Понятно, мам, еще скажи, что она моложе его лет на двадцать.

— Нет, на десять лет.

— Мам, и ты говоришь так спокойно? У тебя мужа увели, а ты спокойна, как удав…Какая все-таки ты бесхребетная! – злилась Вероника.

— Дочка, не переживай, у нас давно шло к этому и расстались мы с отцом спокойно, без скандала. Ну зачем в нашем возрасте нервы мотать друг другу. Собрался и ушел.

Вероника переоделась в спортивный костюм, выскочила на крыльцо и направилась к бабушкиному дому. Дом постаревший, но крепкий, калитка открыта, она вошла. Дверь в дом тоже была не заперта. Войдя в дом, она увидела на кухне у плиты женщину лет сорока, она что-то помешивала в кастрюле.

— Значит это и есть новая хозяйка бабушкиного дома, — громко спросила Вероника не здороваясь, критично оглядев её с ног до головы.

— Ой, а вы наверное, Вероника? – спросила женщина, растерявшись от неожиданности. — Миша показывал мне ваше фото, проходите.

— Ничего себе, «проходите», этот дом моей бабушки, так что я не к тебе пришла, а считай, что к себе, — намерено разговаривала на «ты» Вероника.

Женщина сникла. – Ну зачем вы так. Миша вас всегда ждал, давайте чай поставлю?

— Еще чего, не знаю, как тебя там… но здесь ты жить не будешь.

— Катя меня зовут, — отойдя от плиты сказала она.

— Так вот, Катя, повторяю тебе, здесь ты жить не будешь, собирай свои вещи и уходи. Ты разбила семью и делать тебе здесь нечего.

— Меня сюда привез Миша, без него никуда не уйду. А семью я не разбивала, — твердо и уверено сказала Катя.

Вероника выскочила из дома злая, навстречу во дворе ей попалась девочка лет тринадцати, дочка Кати. Но Вероника пронеслась мимо.

Через некоторое время, когда Вероника успокоилась, зазвонил телефон, звонил отец.

— Уже нажаловалась эта Катя, отвечать не буду, — проговорила она.

Вероника за несколько лет жизни в большом городе стала жестче, уверенней, может из-за постоянной спешки и кучи дел. Работа в большой компании тоже её изменила, там договориться, тут успеть, там отстоять свою точку зрения. И только теперь в родном доме поняла, что ей не хватает тепла родителей, она так надеялась обнять их, сев за стол вместе. Вероника в какой-то момент почувствовала себя слабой и безоружной.

— Дочка, все-таки сходила к Катерине? – спросила мать.

— Да, видела её. Ничего особенного и дочку её видела. Вот отец пусть теперь воспитывает чужую дочь. А я с ним не хочу разговаривать и не прощу его.

— Ну зачем ты дочь? Зачем ты туда ходила? Отец жил со мной ради тебя, потому что очень тебя любил и любит, боялся тебя огорчать. А сами мы настоящей любви не знали. А вот теперь он встретил свою любовь. Не держи на него зла. Нужно уметь прощать, дочка. Прости отца, вот посмотришь потом, как тебе сразу же полегчает, — говорила умоляюще мать.

— Ну не знаю, мама, нужно было вам сесть и поговорить или к психологу съездить.

— Вероника, ну какой психолог? Это у вас в городе модно к психологу ходить, а у нас в деревне здесь все психологи друг другу. Мне тоже надоело быть нелюбимой женщиной. Я тоже хочу, чтобы меня любили. Мне лет-то сколько, я ведь еще тоже не старая, или ты считаешь не так? Я старая?

— Ну что ты мамочка, ты у меня еще ого-го какая молодая и симпатичная, — обняла Вероника мать. – Я тебе на дам состариться, ты забыла, что у тебя есть дочь? И не плачь, слезы старят женщину. Встретишь и ты свою любовь.

— Все, не буду плакать, а насчет любви… А если я уже встретила, что ты на это скажешь, дочка? Или тоже будешь на меня обижаться?

— Нет, мам, нет. Я даже рада, если это правда.

— Правда дочка. Помнишь твою одноклассницу Свету, так вот это её отец Валерий. Жена у него умерла давно, еще восемь лет назад, а Света живет в городе с семьей. Валера мне и раньше нравился в молодости, но твой отец был настойчивей, не давал мне проходу, вот и вышла за него. В молодости мы не можем понять, где настоящая любовь, а где просто видимость. Ты меня осуждаешь, дочка, — тревожно спрашивала Татьяна.

— Нет, мам, ну что ты. Ты тоже заслуживаешь счастья и я даже рада буду, что ты не одна. Просто и ты меня пойми, мама. Я всегда считала, что вы моя семья, ты и отец, я-то мечтала, что приеду когда-нибудь к вам со своими детьми. А теперь все расстроилось, разбилось, а мне сложно сразу перестроиться.

Михаил вернулся из командировки расстроенный, Вероника так и не ответила ни на один звонок, понимал, дочь обижена. Он приехал на своей старенькой машине к бывшему дому, вошел:

— Дочка, здравствуй, ты даже не поговоришь со мной?

— А зачем, у тебя теперь другая дочь, вот и говори, воспитывай.

— Да ты что, Вероничка, родная, я же тебя очень люблю, как и раньше.

— До свидания, пап, — строго ответила дочь, развернулась и ушла.

Татьяна с Михаилом переглянулись, и отец ушел. Прошло совсем немного времени, как отец прибежал испуганный:

— Таня, опять Юльке плохо, помоги, — просил он.

Татьяна схватила небольшой пластмассовый чемоданчик, выскочила вслед за ним, Вероника тоже следом. У дочки Кати астма, и она периодически задыхалась. Татьяна – фельдшер и знает, как снять одышку. Прибежав в бабушкин дом, Вероника видела, как мать сделала укол девочке и та стала приходить в себя.

— Все Юленька, все хорошо, — гладила Татьяна дочку Кати. — Все моя хорошая, не бойся, все прошло.

Катя стояла вся в слезах, подошла к дочери и прижала её к себе, Михаил тоже смотрел тревожно.

— Спасибо, Тань. Спасибо за Юльку.

— Да ничего, если что, прибегайте. Но теперь все хорошо.

Веронике было очень жаль Юльку, она подошла к ней, взяла за обе руки.

— Ничего, все будет хорошо, прорвемся Юля, выздоравливай! – а та благодарно улыбнулась и прижалась щекой к руке Вероники.

очень рада за дочь
Домой с матерью возвращались молча. Татьяна от неожиданности не знала, что и сказать. Ведь дочка пожелала Юльке здоровья и повела себя подобающе, отбросив злобу и ненависть. Она очень рада за свою дочь, думала:

— Все-таки правильно мы с Михаилом её воспитали, а той злостью она прикрывала свою обиду на нас.

Вероника тоже про себя думала:

— Ну и ладно, отец счастлив, мать счастлива, и я буду спокойна. Пусть живут себе на здоровье. Привыкну, я уже и не злюсь на отца. Вижу, мать ничуть не переживает, что они расстались.

На следующий день ближе к обеду, Татьяна провожала Веронику на автостанции. Собирался дождь, небо затянуло тучами. Пасмурная погода совсем не радовала, Вероника смотрела по сторонам, ощущая какую-то тоску, не так она думала будет уезжать, да и приезд оказался не таким. Думала, что отец с матерью радостно встретят и проводят.

Вероника увидела, как из-за поворота выехала старенькая машина отца. Татьяна улыбнулась:

— Успели все-таки, молодцы. Смотри Вероника, это отец с Катей и Юлькой.

А из машины уже выпрыгивала Юлька и бежала с распростертыми объятиями к ней. С разбега обхватила Веронику и прижалась. По Веронике пробежала волна тепла и радости. Потом подошли отец и Катя, улыбались, а Катя всунула в её руку пакет с теплыми пирожками.

— Вот, Вероника, пироги с яблоками, отец говорил, это твои любимые.

— Спасибо, — ответила Вероника, абсолютно без злости и обиды.

Увидела тут же, что к матери подошел мужчина со знакомыми чертами лица, мать счастливо улыбалась, Вероника поняла, это Валерий.

— Здравствуй, Вероника, — сказал вежливо и скромно мужчина приятной внешности с карими глазами. – Боялся не успею, с работы отпросился. Очень рад познакомиться.

— Здравствуйте, я тоже рада! Спасибо, что приехали проводить.

Вероника стояла чуть не плача, окинув взглядом приехавших её провожать, она вдруг поняла:

— Какие же они все свои, родные и добрые. Как же хорошо не злиться и не обижаться, благодарю тебя Господи, что ты все-таки вывел меня на правильную дорогу и помог простить отца.

Показался микроавтобус, у матери на глазах появились слезы.

— Тань не плачь, дочь еще приедет, ведь правда, Вероника? – Михаил смотрел в глаза дочери. Вероника почувствовала, как невидимая сила толкнула её к отцу и она потянулась к нему. И этого хватило, чтобы отец бросился к ней и заключил её в свои объятия, целуя в щеки, в нос, словно маленькую дочку.

— Ты приезжай, Вероничка, приезжай и прости нас, — просил отец.

— Обязательно приеду, — пообещала она и вошла в автобус.

Она смотрела в окно микроавтобуса, всматриваясь в лица родных. Даже через стекло она слышала, как кричала громче всех Юлька:

— Приезжаааааай!

— Обязательно приеду, — шептала Вероника, махая рукой, и думая, — как хорошо, что я простила их, мне сейчас легко и я люблю всех.

источник

Понравилось? Поделись с друзьями:
WordPress: 9.21MB | MySQL:47 | 0,272sec