Гости

Зима на дворе ветер воет, холодно.

 

— Плохо путнику в дороге в такую погоду, бабушка всегда говорила, что нужно лампу, зажжённую держать на окне чтобы шёл на свет, если заплутает человек.

-Ну что ты…Какая лампа, двадцать первый век на дворе.

-И что теперь, что двадцать первый век? а холодно как в двадцатом, и печка так же топится, как в двадцатом, дым так же идёт и кот на печи лежит…

-О, ну тебя, как загородит что, не избавишься. Идём Поле Чудес смотреть.

-Не хочу.

— Обиделся что ли? Идём говорю, а то там что- нибудь мудрёное загадают…

— Признай, что я прав всегда, пойду.

-Да ну тебя.

Ну вот и иди одна сама смотри, я книжку лучше почитаю.

-Тьфу на тебя идём, всегда ты прав.

-Ладно, уговорила…иду.

-Свет на кухне отчего не погасил?

Я же тебе сказал…плохо путнику в такую погоду, если заплутает? а тут свет в окне, он и выйдет, у нас окна как раз на просёлочную дорогу из кухни выходят пусть горит.

-Тьфу ты, как втемяшит себе что в голову…

-Иди, я дров подкину, тоже приду.

Весело трещит огонь в печи, обнимает жаркими своими объятиями новые полешки берёзовые, трещат они от радости встречи согнём, полыхают.

-Саш…

-Ойя…

-Ну что ты там?

-Иду я, иду…

Сели смотреть Поле Чудес этой традиции уже много лет, начинали смотреть ещё молодыми, полными сил людьми, а вот поди ж ты, глубокие пенсионеры, навсегда поселились в деревне, вернулись, так сказать, к истокам.

Как -то быстро время проскочило, после пятидесяти пяти так вообще, галопом поскакало, не успел оглянуться, Ольга на пенсию вышла, потом и сам, вроде вчера ещё был директор, Александр Иванович, а сегодня просто сосед, дядь Саня, да уж.

Всё устраивает, всё нравится, да вот только дети с внуками в городе, но не забывают приезжают.

А что сделаешь, колесо жизни оно такое, спасибо что живут есть радости в жизни, даже от Поле чудес тоже посмотреть и то…

-Саш, ну что это такое?

-Что? — не понял, задумался что-то.

-У меня ж@па получается, хоть так, хоть так, никакая буква не подходит.

-А какой вопрос Оля я что-то прослушал.

-Сейчас, подожди, я же записала, вот, гляди, как в древности у славян назывались жилища, селения, ну курень каким словом вот видишь три буквы отгадано, у меня только О просится.

-О говоришь…Странно…

-А я про что.

-Жупа это, Оль.

-Да ну тебя.

-Я тебе говорю, возможно жУпа.

-Да сам ты…жУпа.

Пока спорили, слово отгадали, и точно жупа.

-Откуда знаешь?

-Слышал где-то.

-Ох и голова у тебя, Алекандр Иваныч.

-А то…а ты всё…зачем за Генку не пошла, зачем за тебя вышла…

-Да что ты такое говоришь! Это когда я так сказала?

-Ну не сказала…подумала. Оль…плачешь что ли?

-Да иди ты…

-Я же пошутил, Олюшка. Ты что? Пошутил я. Какая-то ты обидчивая матушка стала, может показаться доктору?

— Это не я обидчивая стала, а у тебя шутки злые стали, Саша.

-Ну ладно…ну прости прости…Давай дальше, а то вопрос прослушаем…Стучит кто что ли? А ну погоди поставь на паузу…Да шучу я, стучит кто-то, Найда вон лает в сенях, пойду гляну.

-Кто там?

-Пааап, это мы…

-Деда, деда мы приехали.

-Ой мои золотые, проходите проходите. Оля, Оля дети приехали, аж ты боже мой.

Бежит Ольга Семёновна из большой комнаты, где гадала слово у большого телевизора.

-Ой, да вы мои матушки, ой…

-Мам, ну чего плачешь?

-Так я от радости, Наташа! Здравствуй Юра, здравствуй родненький, Света, Коля какие большие выросли.

-Да! Баба у меня мышка зубик забрала!

-Да ты что? Вот она какая!

-Нет она хорошая она мне денежку дала, под подушку подсунула.

-Баба, а Светка беззубая кандала, в рюмоцку настяла, из рюмоцки льёца, кандала смеёца, ха-ха-ха.

-Колька, я тебе. На самом деле он жутко завидует Светлане, — тихо говорит Наталья матери, у него зубы все крепкие, нигде не шатаются, а у Светы вот, второй на подходе.

Шум, гам, веселье, раздеваются подарки, несут, что из города привезли.

-А мы ведь заблудились — говорит зять Юра, после того как все успокоились и сели за поздний ужин.

-Да вы что? — хватается за сердце Ольга Семёновна.

-Да, мам, такой буранище, мы с дороги сбились потом Юра увидел огонёк вроде моргнул, ну думаем поедем на свет и то вы думаете выехали!

-А что за огонёк-то, Наташа?

-Так у вас же Ольга Семёновна, у вас горел.

Это отец специально зажёг, говорит бабушка так делала доля путников заплутавших.

— Вот и пригодилась привычка прабабушкина, молодец папка не знаю, что было бы…

-Ой, думать даже страшно, ну его…Наташа, Юра лучше расскажите, как вы там? Валерка с Антониной не приехали что-то?

-А они хотели ма, да Женька что-то приболела. Затемпературила, вот мы и выехали поздно, ждали их…

Наговорившись, начали укладываться спать, долго ещё болтали, дети уснули, а взрослые всё переговаривались.

К утру буран утих. Снег лежал белый- белый, искрился на солнышке, словно самоцветы, а к обеду приехали сын с семьёй, то-то опять было радости, то-то веселья.

Опять все обнимаются, прыгают плачут и смеются.

Уедут гости опять скучно будет…Но это потом, а пока веселье и детские голоса раздаются по всему дому.

И сам старый дом радуется, скрипит половицами, играет огнём в печи, ухает брёвнами на морозце.

Люди, люди принесли радость люди рады и дом рад.

источник

Понравилось? Поделись с друзьями:
WordPress: 6.52MB | MySQL:47 | 0,077sec