Всему есть предел

 

– Зря ты за обиду держишься, назад оглядываешься, – тяжело вздохнула Макаровна. – Прощать надо уметь, отпускать. А уж родителей – сам бог велел почитать.

– Не могу, баб Зин, – Даша сдвинула брови. – Хотела бы забыть все, но не могу. Не получается.

– Ничего, ничего, так тоже бывает. Время нужно. Тепло. Отогреется сердечко твое, тогда и встанет все на свои места. Димка подрастет, полегче будет, вот увидишь.

 

Дарья горько усмехнулась и пошла в комнату.

Хотела бы она сказать – «в свою комнату», только в этом доме у нее ничего своего не было. Разве что годовалый сын. Он тихонько сопел, уткнувшись в бок любимого мишки. И ничего не знал о проблемах своей молодой мамы, которая совсем недавно осознала, что родителям нет до них никакого дела.

… Даша выросла в семье учительницы и офицера. Воспитывали девочку в строгих правилах. Папа любил поговорку «дисциплина – мать победы!», мама жизнь свою строила на принципах.

Силу принципов Даша прочувствовала на себе. Если она приносила замечание в дневнике, мама могла не разговаривать с ней неделю – чтобы дочь как следует осознала свою вину и впредь думала о последствиях. А «двойка» или «тройка» делали мамины принципы несгибаемыми и умножали молчание.

Однажды весной Даша порвала новую куртку. В наказание девочку лишили подарка на новый год. Из принципа родители не нанимали репетиров – пусть дочь без иллюзий видит свои способности, из принципа не стали оплачивать учебу, когда Даша не прошла по конкурсу на бюджет. Хотела стать дизайнером.

В итоге пошла в педагогический, туда хватило баллов. Училась ради корочки через пень-колоду под мамины причитания «без высшего образования ты – никто!», жила в общежитии.

Мать не сочувствовала, наоборот при всяком удобном случае удовлетворенно потирала руки:

– Зато увидишь жизнь без прикрас. Будешь плохо учиться, так всю жизнь по общагам и будешь мотаться. Это совсем не так весело, как в студенчестве.

На последнем курсе Даша встретила будущего мужа. Поехала с группой на какой-то молодежный турслет на белорусско-российской границе. И там за три чудесных дня влюбилась.

Валера был легкий, спонтанный, безбашенный. Обожал туризм, увлекался спортивным ориентированием, играл на гитаре и сносно пел. Быт и рутина, как выяснилось позже, сильно Валеру раздражали. А в походе он очаровал всех и сразу. Даше казалось: этот парень знает все о радости жизни. У нее таких ярких эмоций никогда не было.

Она так искренне им восхищалась… Валера, отражаясь в ее глазах, и правда становился лучше, смелее и благороднее.

Полгода переписывались, дважды виделись – каждый выкроил время на одну романтическую поездку. Валера скучал, страдал и, наконец, после получения диплома предложил Даше руку и сердце.

Знакомство с учительницей и офицером прошло вроде неплохо. Так показалось жениху и невесте. Мама задавала вопросы о планах на жизнь, о будущей работе и желаемой зарплате, интересовалась хобби будущего зятя и внимательно следила за количеством выпитых рюмок.

Когда Валера ушел, Даша услышала однозначный вердикт: к семейной жизни избранник не годен. Красивый, легкомысленный, безответственный, поверхностный, явно будет пить и гулять.

– Мама, ты видела его всего один раз, – робко вставила Даша.

– Мне достаточно, я вижу людей насквозь. Не трать на него свое время. Он всегда будет любить туристов больше, чем своих детей.

– Мы уже подали заявление в загс.

– Что?! – брови мамины взлетели чуть ли не до линии волос. – Заберете. Прямо сейчас звони и скажи ему, что все отменяется.

– Нет, – тихо, но твердо ответила Даша.

– Нет?! Я не ослышалась?

Едва сдерживая слезы, Дарья отрицательно покачала головой.

– Если ты выйдешь замуж за этого … – мать не смогла подобрать подходящего приличного слова. – Можешь забыть о том, что у тебя есть родители.

– А они у меня есть? – осмелела дочь.

– Нету? Ну и отлично! Собирай свои вещи – сутки даю, и чтобы духу твоего здесь не было. Только не говори потом, что тебя не предупреждали! Кто родителей не слушает – век блудит.

… Дарья позвонила Валере, он сказал – окей, собирай все, поедем к моим. Когда он приехал за ней на такси, родители даже не вышли проводить дочку.

На родине любимого новость о скорой женитьбе восприняли без восторга, но и отговаривать молодых не стали. Тем паче, невеста узнала, что ждет малыша.

– Раз такое дело, живите в бабушкиной квартире, – такой вердикт вынесла свекровь. – Только надо подождать, пока квартиранты съедут.

На свадьбу Дашины родители не приехали. Она писала, звонила, даже телеграмму отправила. Тишина.

Димка родился через семь месяцев. Отношения с любимым испортились еще до того, как малыш научился переворачиваться. Измотанная бессонницей жена стала скандалить, все время чего–то хотеть… раз, другой и наш красавчик стал раздражаться, еще раз – сбежал ночевать к маме. Возвращался с работы все позднее, потом стал выпивать. Уговоры не помогали. А однажды Валера поднял на Дашу руку.

Это был конец.

Она собрала вещи и поехала проситься к родителям. Подумала: как бы ни было, мама с папой не оставят ее на улице, не откажут в помощи. Тем более они внука даже не видели! А Димка такой хорошенький, и на деда похож как две капли воды. Не до принципов им будет, когда эти глазки-пуговки увидят.

Как же она ошибалась!

Дверь мать открыла, но даже не пустила в квартиру:

– Вернулась? Так быстро? Извини, но ты свой выбор сделала. Тебя предупреждали о последствиях. Живи как знаешь.

… Руку помощи протянула школьная подруга. Ленка жила через двор. Когда Даша, вся в слезах, позвонила ей в дверь, дома оказалась только мама. Она тут же подхватила Димку, и, ничего не спрашивая, усадила Дарью ужинать.

Выслушав горький рассказ, внезапно спросила:

– Молоко есть? Грудью кормишь?

– Да, – всхлипывая, сказала Даша.

– Отлично. Тогда вот что – слезы вытираем, иначе молоко скиснет. А оно нам надо? Денег на смесь у нас нету. Во-о-от, ты уже и улыбаешься. Иди пока отдохни, а я бабе Зине позвоню. Поедешь, если что, к нашей бабушке жить?

Даша кивнула.

– И даже не спросишь куда? – рассмеялась мама Лены.

… Зинаида Макаровна жила в поселке, километрах в пятидесяти от города. Она не только пустила к себе жить внучкину одноклассницу с маленьким Димкой, но и согласилась сидеть с малышом, чтобы Даша смогла выйти на работу в местный садик.

Валера, который был рад разводу, сразу стал помогать деньгами. Его родители периодически присылали посылки для внука и даже приглашали в гости. Может, они с Димкой и поедут.

Баба Зина говорит – надо с родней контакты поддерживать, и про отца не рассказывать мальчику плохого:

– Смотри, какого мальчишку он тебе подарил: хорошенький, здоровый, смышленый. А деньги – дело наживное, заработаешь. И любовь свою еще найдешь, если назад с ненавистью не будешь смотреть. Может, и родители смягчатся. Ты хоть адрес им свой сообщила?

– Нет, не хочу даже слышать о них. Вы, чужие люди, дали мне больше, чем родные. Пусть живут со своими принципами.

Вот тут Макаровна и сказала, что надо прощать.

Но Даша уверена – есть вещи, которые простить невозможно.

источник

Понравилось? Поделись с друзьями:
WordPress: 6.54MB | MySQL:47 | 0,194sec