Вглядевшись, она увидела незнакомого кота черно-белой расцветки, с мышью в зубах! Кот, не выпуская из пасти мышь, бежать, по всей видимости, не намеревался. Выглядел он худым и изможденным…
Близился закат дачного сезона. Дни становились короче, и Сестренки старались использовать каждый солнечный ватт на пользу организму. Тенек уже не приветствовался, каждое утро они ждали, когда развеется утренний туман, и только тогда выходили в сад.
Если не торопиться, то отдохнуть на воздухе можно с комфортом. Они и не торопились: отдых после ночного сна, плотный завтрак, отдых после завтрака – глядишь, и Солнышко засияло, можно перебираться в сад для отдыха перед обедом.
Хозяин, как правило, в это время был уже на службе. Аккуратно, след в след переставляя лапки по мокрому от росы газону, они добирались до коврика, который успевал подсохнуть от влажного тумана. Там их уже неизменно ждали Дружок и Малюся, не признававшие утренней неги на мягких лежанках.
Бесцеремонно подвинув Дружка, они прилегли на нагретое им место и принялись обсуждать события последней недели.
Во-первых – Михалыч приобрел подержанный, но надежный «Рено Логан». Теперь он развозил молочко на иномарке, и Мотя, восседая на пассажирском сиденье, стал поглядывать на Сестренок сверху вниз. Расплата не заставила себя долго ждать: получив от Сестренок трепку, а от Малюси – взгляд, полный презрения, Мотя вновь превратился в дружелюбного скромника.
Во-вторых – в домике напротив поселился новый жилец. Макарыч и Хозяин помогли ему с разгрузкой вещей. Их было немного, но мужиков удивили миниатюрные станочки по металлу и обилие хитроумных инструментов.
Из их разговора (а любопытные Сестренки конечно же подслушали) они поняли, что семейная лодка нового соседа благополучно пошла ко дну. Как выяснилось, Алексей Петрович – так звали нового соседа, всю свою сознательную жизнь отработал механиком где-то на морских судах дальнего плавания, но, выйдя на пенсию по инвалидности, супруге оказался не нужен.
Все имущество и жилье оказались в собственности жены. Благо он был допущен в гараж, где хранил с любовью собранный инструмент и станки – все имущество, что он смог отстоять. Макарыч и Хозяин когда-то сами хлебнули лиха, а потому обещали Петровичу помочь на первых порах, пока тот не наладит быт.
У Петровича руки оказались золотыми, и не по локоть, а по самые плечи! Михалыч с Мотей привезли ему на починку сепаратор советской сборки, для взбивания сливок. Петрович его отремонтировал, усовершенствовал и даже снабдил электроприводом, чем заслужил уважение Михалыча и трепетное поклонение его хозяйки.
В довесок он имел ежедневный литр парного молочка взамен на обещание и впредь не отказывать в починке хитроумных механизмов. Молва о местном Кулибине разнеслась по поселку, и его завалили работой на месяц вперед.
Сестренки чесали языки о мастерстве Петровича и о его беспомощности в бытовых вопросах. Хозяин Дружка и Малюси – Макарыч, бывший работник МВД, долго изумлялся тому, как легко он дал себя облапошить, и обещал принять участие в восстановлении справедливости.
Дружок и Малюся, безмерно любившие своего хозяина, в один голос утверждали, что если за дело взялся Макарыч, то справедливость восторжествует
За праздной болтовней утро пролетело незаметно, для Сестренок близилось время обеда. Они уже поднялись, чтобы двинуться в сторону домика, но тут Старшая боковым зрением заметила движение в кустах у ограды. Вглядевшись, она увидела незнакомого кота черно-белой расцветки, с мышью в зубах! На чужой территории!
![](http://mirdivo.ru/wp-content/uploads/2022/08/Screenshot_5-2-700x434.png)
— Стоять! – истошно завопила Старшая и кинулась к нарушителю кодекса кото-чести.
Хвостатого собрата дозволяется обмануть, украсть что-нибудь тоже не возбраняется, но охотиться на чужой территории – недопустимо!
Дружка кошачьи разборки не интересовали до тех пор, пока его девчонкам не угрожает опасность, поэтому он остался лежать на месте, Сестренки и Малюся окружили незнакомца и намеревались задать ему трепку.
Кот, не выпуская из пасти мышь, бежать, по всей видимости, не намеревался. Выглядел он худым и изможденным, что было странно – ближе к осени дичь отъедалась и поймать ее не составляло труда, и потому котобратия к осени щеголяла лоснящимися шубками и округлившимися боками. Но этот… И в глазах его нет ни злости, ни испуга, а лишь тоскливое выражение.
— Будем продолжать разговор или сам знаешь, как поступить? – Старшая прижала уши и прищурила глаза, намереваясь первой кинуться на нарушителя священных границ.
Незнакомец наконец положил мышь у ног, с сожалением сглотнул и тихо ответил:
— Знаю, — отвернулся и молча, пошатываясь побрел к проему в ограде.
Шел он, неестественно подпрыгивая – правая задняя лапка волочилась по земле. Кошки переглянулись.
— Подожди, — Малюся догнала его и, сев перед ним, преградила путь, – что у тебя с лапкой, болит?
— Болит, — опустив голову признался кот, — бультерьер едва не загрыз. Неделю отлеживался, думал не встану. Сегодня лишь смог подняться, да и то… — он, не поднимая головы, продолжил: — Вы уж извините, я знаю, что поступил скверно. Если бы не лапа… Да и голод замучил.
— Чего ж ты сразу не сказал? – подошедшие Сестренки смотрели на него с пониманием и жалостью. — Раз такое дело, будем считать, что никакого нарушения закона не было. Если надо выживать, то это не в счет. Ты тут перекуси, а потом подходи к нам. Там большой пес, но ты его не бойся — это Дружок, наш самый лучший друг и защитник.
Через пару минут незнакомец присоединился к дружной компании и первым делом поздоровался с Дружком, глядя на него с некоторой опаской.
— Как зовут? – поинтересовался полицейский пес.
— Да никак, – кот с удивлением смотрел на Дружка, — некому было имя давать, я один почти с рождения. Живу тут рядом, в развалинах ничейного дома.
— Так, дамы, — Дружок обратился к кошкам, — я вижу два неотложных дела. Первое: надо дать ему имя, нельзя коту без имени, как человеку без документа. Какие предложения?
— Джон Сильвер! – выдала Младшая и пояснила, — был такой одноногий пират, нам Хозяин читал про него.
— Слишком длинно, – возразил пес, — или Сильвер или Джон, выбирай.
— Джон. Я буду Джон, – кот прикрыл глаза и благоговейно повторил: — Джон.
— Второе неотложное дело, — продолжил пес, — этому Булю надо надрать задницу, да так, чтобы у него навсегда отпала охота обижать слабых. Это я беру на себя.
— И третье неотложное дело, — подала голос Малюся, — Джону срочно надо полечить лапку. Макарыч сейчас дома, он не откажет. Ты сможешь дойти до соседнего участка? Я тебя провожу, покажем нашему хозяину твои раны.
— Умница! — Дружок лизнул Малюсю в мордочку.
Джон в сопровождении Малюси отправился на соседний дачный участок. Дружок проводил их взглядом до дверей домика и, повернувшись к Сестренкам, сказал:
— А самое главное – Джону нужен хозяин. Есть какие-нибудь соображения?
— Петрович! – хором выдали Сестренки. — Только как сделать, чтобы Петрович понял, что Джон ему нужен?
— Это задача – как раз для вас, – Дружок с хитрой улыбкой продолжал: — С вашей любовью к логике и дедукции вам это труда не составит.
Неделю, пока Джон с перебинтованной лапкой отлеживался и отъедался под присмотром Малюси, Сестренки наведывались в гости к Петровичу и внимательно наблюдали за его работой.
Петрович относился к ним по-доброму, к тому же они ничуть не мешали его священнодействию со сложными механизмами. Посидят, посмотрят и уходят так же незаметно, как пришли.
Наконец, Макарыч снял повязку с лапы Джона, и тот смог, почти не хромая, передвигаться самостоятельно. Малюся, как сестра милосердия, не отходившая от больного, привела в порядок его шерстку и придала ему «товарный вид» — как выразились Сестренки.
Петрович в тот день был занят починкой капитанского хронографа – фамильной ценности одного из заказчиков. Но закончить работу не мог – затерялось минутное колесико. Он и представить не мог, что Младшая способна незаметно и бесшумно стянуть его со стола и спрятать.
— Вы не видели? – обратился он к Сестренкам и какому-то незнакомому коту, которые тихонько наблюдали за его работой.
Сестренки недоуменно переглянулись, а кот, улегшись на живот, пошарил лапкой под шкафом и выкатил на середину комнаты искомое колесико, чем привел в восхищение Петровича.
— Завтра я закачу что-нибудь под половичок, — инструктировала Джона Младшая по дороге домой.
Четыре дня посещений хвостатыми жилища Петровича убедили последнего в том, что без Джона он потеряет репутацию мастера. Как-то вечерком он зашел к Макарычу на чай. Там же был и Хозяин, а во дворике расположилась компания хвостатых. Мужики заговорили о делах.
— Дела твои не так и плохи, Петрович, — рассказывал Макарыч, — знающие люди занимаются твоим делом, будь уверен – к весне переселишься в нормальное жилье.
— До весны далеко, на зиму переселяйся в мой домик, — предложил Хозяин, — твой к холодам не приспособлен, а у меня и печь, и камин. Заодно и присмотришь за нашими участками, а то без присмотра всякое бывает…
Петрович растроганно поблагодарил друзей и попросил Макарыча:
— Скучно будет зимой одному, оставил бы ты мне Джона. Мы с ним вроде подружились.
— А что? Верно говоришь! – Макарыч хлопнул того по плечу. — Надежный друг тебе будет.
— Зимой будем вас навещать, мало ли чего, – продолжил Хозяин…
А на дворе Сестренки и компания донимали вопросами Дружка:
— Ну расскажи, как ты его?
— Да что там рассказывать, – Дружок скромно отвернулся. – Выловил этого Буля, да вогнал ему ума через одно место! Теперь не только от меня, от любого котенка шарахаться будет!
— Джон! – послышался голос Петровича. – Пойдем домой, кончилась твоя беспризорная жизнь.
Джон поднялся, нерешительно шагнул к Петровичу, а потом кинулся к нему бегом и прижался к ногам. Обернувшись к компании с подозрительно блестящими глазами, прошептал:
— Спасибо вам.
И двинулся за своим хозяином. Домой!
Автор ТАГИР НУРМУХАМЕТОВ