Ундина

-Учителка, ты- не мышь, ты -Ундина!-Гоша смотрел на Таню, и казалось, видел её впервые. Привычная «дулька » на голове растрепалась, и толстая, тяжелая коса змеёй свисала за спиной учительницы. Громоздкие очки свалились еще там, в проруби, и Таня смотрела на мужчину своими большими, серыми глазами. Разгоряченная кожа горела, щеки кололо, словно тысячи маленьких иголочек втыкались в нежную плоть. Утратив свою привычную бледность, лицо девушки словно ожило, преобразилось, на нем появилось неведомое доселе выражение- выражение страха, обиды и непонимания.

-Немедленно отпустите меня! Что вы меня держите, словно я маленькая! Какая я вам учителка! Зачем вы намеренно слово коверкаете? Вы же прекрасно знаете, что правильно будет- учитель. А Ундина- слово-то какое! И откуда вы его только знаете? В нашем случае правильно сказать- Русалка.

-Ну ты, учитель! Чего разговорилась-то! Ты силы побереги, нам еще на лёд выбираться. Хочешь- отпущу, и пойдешь камнем вниз. Вот то-то же. Ундина, Русалка, какая разница? А ты, оказывается, красивая…

Такой красивый вид со скалы, такой водоворот. что кажется, вынырнет сейчас оттуда русалка, такая же красивая и загадочная, как и само это озеро. с. Саввушка. Колыванское озеро.
Таня была вся какая-то серенькая, невзрачная, словно мышка. Бледное лицо, не знавшее косметики, открытый лоб, и эта ее бессменная «дулька» на голове. А её так и звали- мышка. В школе, в институте, да где бы не появилась Таня- сразу , с первого взгляда так и хотелось сказать- мышка. Никогда не было у нее поклонников, никто за ней не ухаживал, не дарил цветов и не делал комплиментов. Да и не расстраивалась она по этому поводу. Слишком идейная была, считала, что вся ее миссия на земле заключается лишь в том, чтобы учить детей, прививать им чистое, доброе, светлое. Странная она, нелюдимая. И как только такая с детьми будет работать? Она и рта раскрыть боится, а тут дети, да не просто дети, а подростки, которым и палец в рот не клади, руку по локоть откусить могут.

Директор школы, пожилой уже мужчина, с сомнением смотрел на вчерашнюю выпускницу института, и думал:- справится-ли? Хрупкая, ранимая, совсем еще ребенок, с испуганным взглядом больших серых глаз, спрятанных за массивной оправой очков. Интересно, зрение плохое, или для солидности нацепила она очки эти? Поняв, что уже неприлично долго он рассматривает Таню, Михаил Дмитриевич крякнув, сказал:

-Ну что же, Татьяна Павловна. Таня, вы простите, буду откровенен. Сомневаюсь я, что справитесь вы с нашими оболтусами. Непростые это дети. Это на первый взгляд они такие, как и везде. У них у каждого- своя судьба, своя трагедия. Этот класс, как бы так сказать- сброд блатных да шайка нищих. Они почти все- из неблагополучных семей. Вы конечно можете попробовать, у нас -то выбора все равно нет, учебный год на носу, а учителя нет. У нас малокомплектная сельская школа, не каждый тут выдержит. Только подумайте о том, что какие- бы они не были-они дети, и им будет тяжело, когда они к вам привыкнут, а вы поймете, что не справляетесь. Это деревня, Таня. Нам далеко до цивилизации. У нас и связи-то мобильной нет, а интернет да компьютер так вовсе многие дети в глаза не видели. Сколько до вас приезжало людей- с трудом и год учебный выдерживали. Подумайте, Таня, не спешите с ответом. Вам сейчас кажется, что ничего сложного, но вы, я вижу, привыкли к другой жизни. У нас нет супермаркетов, где есть все необходимое, нет связи, да много чего нет. Я, как директор, хоть прям сейчас готов взять вас в штат, но как взрослый человек понимаю, что не просто так вы к нам приехали. Что уж у вас произошло, мне неведомо, да и пытать я вас не стану, только подумайте, прежде чем что- то решать. Вы уедете, а они останутся. У нас не так, как в городе.

-Не надо, Михаил Дмитриевич, не отговаривайте. Я не буду пробовать. Я буду работать. Я справлюсь.

***

На удивление, с детьми особых проблем не возникло. Не сказать, что с ними было легко, 7 -й класс, как -никак. Всякое случалось, бывало, что и уроки срывали, и мелкие пакости делали, такие, как кнопку на стул положить, или мышь в стол. Дети, что с них взять. Ни разу, ничем не выдала Таня свое раздражение, свой страх перед этими еще маленькими, но уже многое повидавшими детьми. Уже к концу первого месяца обучения ребятишки смирились с новой учительницей, и кажется, некоторые даже зауважали ее. Свой предмет Татьяна Павловна знала на отлично, и уроки русского языка и литературы проходили не по шаблону, а весело и интересно. Таня учила детей правильно писать и читать, а они , в свою очередь учили ее жизни. Той жизни, которой не знала Таня, той, о которой не пишут в учебниках, о которой никто и нигде не расскажет.

С удивлением коллектив школы смотрел на Таню- ну надо же, на первый взгляд мышка, а есть в ней оказывается стержень. Еще недавно учителя, смеявшиеся над ухищрениями молодой учительницы стали к ней присматриваться, и потянулась вереница любопытных к ней на уроки, посмотреть, как же эта мышка так смогла приструнить учеников, что смотрят они на нее, и не дышат, не то, чтобы кричать и шуметь, как на других уроках.

Больше всего проблем было с родителями, как ни странно. Вот это странное обращение- учителка, так коробило Таню, а этот снисходительный взгляд местных жителей, словно она, Таня, не учитель и классный руководитель, а маленькое, несмышленое дитя. Странно, что на первом месте у многих людей была работа по дому, по хозяйству, а не знания, не уроки. Для Тани, которая и деревню-то видела пару раз в своей жизни, такой подход к жизни был непонятен. И зачем только приехала она сюда? Минутный порыв, гнев на родителей, которые постоянно лезли в ее жизнь, контролировали, все за нее решали и следили за каждым ее шагом- и вот она тут, в глуши, в деревне, вместо того, чтобы осваиваться там, в городе, в престижном лицее, который должен был стать ее местом работы взамен на брак с нелюбимым ей человеком. Ну уж нет, лучше тут, в глуши, вдали от цивилизации, с этими простыми людьми, чем отдать свою молодость взамен на престиж.

***

Часто Таня вызывала родителей в школу. Никак не могла она понять, как эти люди могут так относиться к своим детям. Неужели домашняя работа для них дороже знаний?

-Вот ты, учителка, всю жизнь в городе жила. Ты и жизни еще не нюхала, а нас жизни учить вздумала. Вот какой прок нам от твоей литературы, когда скотина голодная стоит? Ну читает он твои книжечки, а мне кто поможет? Ежели мы сено вовремя не вывезем, то все поголовье убрать придется, кто его кормить будет? А книжки твои- ерунда. Я сама в жизни ни одной не прочитала, и Сашке они без надобности. Институтов нам не видать, лицом не вышли, а в колхоз и без твоих Пушкиных- Достоевских принимают. Эх, ничего ты не понимаешь. Детей сызмальства к земле, к труду приучать надо, тогда и толк с их будет. А так- бесполезная им твоя наука, коли дитя лодырем растет.

Не могла Таня понять, как так можно, когда большинство родителей заранее ставят крест на жизни ребенка? Дети все неглупые, сообразительные, и если будут чуть больше времени уделять учебе, то и в институт поступят. Разве же должны дети так работать? Наравне со взрослыми, таскают мешки с зерном, копают картошку, кидают сено. У них же нет детства! Кругом уже давно цивилизация, вода и удобства в доме, а некоторые ее ученики до сих пор ходят с бельем на речку и выполаскивают его в проруби.

***

Нет, ну каков гусь этот Гоша! Да кто он вообще такой, чтобы ей, учителю, смел указывать! Фермер! Вот и занимался бы своими фермерскими делами, и не лез туда, где совсем ничего не понимает. Вот что он все ходит и ходит в школу! Уже вроде и объяснила ему все, так теперь просто ходит и молчит. А она тоже хороша! Краснеет перед ним, как первоклассница.

 

 

 

Гоша после школы долгое время жил и работал в городе, а после смерти матери вернулся в деревню, закупил животных и стал фермером, а по совместительству опекуном младшего брата. В Грише Георгий видел своего помощника, свою правую руку, и мечтал, чтобы младший брат после школы поступил в сельскохозяйственный институт. Сам Гриша хотел быть хирургом, о чем по секрету и рассказал Тане. Татьяна Павловна парня поддержала, благо видела в нем потенциал, силу и уверенность.

-Так, учителка! Твое дело детей учить, вот и учи, а с братом своим я сам разберусь. Смотри-ка, нашлась заступница! Я за него в ответе, и мне решать, кем Гришке быть.

-Георгий! Вот вы вроде взрослый человек, а ведете себя, как мальчишка. Гриша умный парень, и он сам понимает, что ему ближе. Своими требованиями вы только сломаете мальчика. Пусть он сам выберет себе профессию по душе. Поймите, то, что хотите вы, что нравится вам, может не нравится ему. Хочет он лечить людей- пусть лечит. У каждого должно быть право выбора. -Таня грустно посмотрела на Гошу, и отвернувшись, пошла прочь.

-Татьяна Пална, а вы это по своему опыту сейчас рассказали или в книжках умных пишут это?

-По своему опыту, Гоша. Мои родители никогда не мечтали, чтобы их единственная дочь работала в школе, но у этой дочери хватило сил настоять на своем. Вы поговорите с ним, и сами поймете, что ему нужнее.

***

Таня шла домой после работы. Весеннее солнышко ласково пригревало, звенела озорная капель. Как не хочется возвращаться в пустой, холодный домик. Ноги сами понесли девушку по знакомой тропинке, что вела к реке.

С. Саввушка. Озеро Колыванское.
Так хорошо, так светло становилось на душе у Тани, когда любовалась она этим водоемом. С одной стороны речушку окружал лес, такой воинственный, независимый и могучий. Еще часть реки была окружена высоким глиняным берегом, и только в одном месте был пологий спуск, его-то местные жители и облюбовали для своих забав и нужд. Летом ребятишки тут купались, загорали на каменистом бережке, а зимой водили на реку поить скот, выдолбив для этой цели проруби. В них же женщины выполаскивали стиранное белье. Река была вздорной, харАктерной, и не замерзала вся полностью. Обманчивая река, так говорили про нее сторожилы деревни. Сколь- то жизней унесла уже, и сколь еще заберет. Когда вставал лед, на реке оставались участки, которые никак не хотели поддаваться морозу. Их хоть и припорашивало снежком, но под снегом были опасные полыньи. Взрослые и сами без особой надобности не ходили далеко от берега, и детям строго- настрого запрещали.

Уже подойдя к реке, Таня увидела на льду коробушку с бельем. Интересно, кто это белье так бросил? Присмотревшись, женщина увидела в полынье слабое шевеление. -Кто тут?

-Помогите! Спасите, тону! -Тоненький, слабый голос казалось уже не кричал, шептал. Таня, что есть сил бросилась на помощь.

-Маша, Машенька, что ты тут делаешь? Давай мне руку, я тебя сейчас вытащу! Таня, стоявшая во весь рост подала девочке руку, и в тот момент, когда ребенок уже был на поверхности, тонкий лед под Таней не выдержал, и девушка ушла под воду.

-Татьяна Пална! Татьяна Пална! Вы только не бойтесь, и сильно не брыкайтесь! Я сейчас, я мигом за подмогой сбегаю! Мне вас не вытащить одной.- Маша, несмотря на то, что долгое время просидела в ледяной воде побежала в сторону деревни так шустро, что Таня не заметила, как осталась одна в холодной воде. Все тело горело, как от иголок, промокший пуховик тянул её ко дну, паника и отчаянье полностью завладели сознанием Тани.

-Вот какая же я глупая! Кто же так делает- встала на тонкий лед! Я ведь и себя, и ребенка могла погубить. Хорошо, что Машу успела вытащить. Может успеет она до взрослых добежать? А мам с папой? Они ведь даже не узнают, если она, Таня, утонет в этой полынье! Точно, глупая, вздорная девочка, которой только кажется, что она выросла. Мамочка, папочка, простите! Если выберусь отсюда- обязательно летом приеду к вам в гости. Боже, да они наверное и места себе не находят! Она же уехала, никому ничего не сказав. Ой, какая же она глупая! Да лучше бы вышла замуж за этого Пашу, чем умереть вот так, в этой реке.

Папа Тани, Пал Егорыч, человеком был властным, можно даже сказать деспотичным. Любил, чтобы все его слова и указания выполнялись беспрекословно. Таня всегда удивлялась- как же они с мамой находят общий язык? Мама Танюши была папе под стать, не терпела возражений, и считала, что ее мнение- самое правильное из всех других. Таня росла, словно между двух огней. С одной стороны властный папа, с другой стороны не менее властная мама. Даже странно, как это родители сумели договориться и решить, что Танюше просто необходимо выйти замуж за Пашу- сына влиятельных родителей, с которыми они просто мечтали породниться с того самого дня, когда Паша впервые проводил Таню домой. Саму Таню никто и не спросил, хочет -ли она замуж, просто 2 семьи, 2 пары взрослых людей и без Тани уже все решили. И если Паша был не против, так как испытывал к Тане нежные чувства, то Таня, впервые в жизни показала характер, и собрав документы и немного денег просто уехала из города, никому ничего не сказав.

-Эй, кто тут? Учителка, ты что- ли? Давно сидишь? А ну, давай аккуратно руку. Да не цепляйся ты так за меня, а то вместе в воде окажемся. Ну вот, а я что говорил! -Тонкий лед треснул, и Гоша неуклюже свалился в воду.

-Учителка, ты- не мышь, ты- Ундина!

***

-Тань! Татьяна Павловна, подождите минутку. Таня шла с работы по тропинке мимо речки, когда Гоша окликнул ее. Больше месяца прошло с того момента, как спас он ее из воды, а она все никак не могла решиться поговорить с ним, и поблагодарить. Все время Таня избегала мужчину. Она и сама не понимала, что с ней творится, да только как увидит Гошу, так охватывает ее какое-то странное волнение, незнакомое, неизведанное.

-Гоша? Здравствуйте. Давно хотела вам сказать, да все как-то случай не представился. Спасибо вам большое за то, что спасли меня тогда. Если бы не вы…

Да ладно, Татьяна Пална. Все нормально. Зачем ты прячешь свой волос? А глаза, Таня? У тебя такие красивые глаза… Приходи вечером в клуб, там кино показывают сегодня. Придешь?

-Приду.

***

Ундина

Дорога пыльной лентой извивалась,

Вплотную к лесу прижималась,

С высокой кручи на песок скатилась,

В прибрежный пляж оборотилась…

Там были двое: он, она,

Их сказка вечности ждала.

Снимая праздный свой наряд,

Забыв про стыд и совесть

Она в природе растворилась,

По мелким камням и траве

К воде она спустилась,

Шаг сделала, другой,

В Ундину превратилась.

А наплескавшись вволю, вышла,

Подставив солнышку лицо.

Он ждал её.

Шатер был соткан из небес.

Земля постелью стала.

Когда он прикасался к ней,

Она стонала

В объятиях пламенной любви.

Минуты шли.

День угасал и зной ослаб.

Дорога змейкой извивалась.

Он вез её домой,

А сказка на песке осталась. (Автор- Елена Фотина, Ляна.)

Гоша вновь и вновь читал Тане свое любимое произведение, а она с улыбкой слушала его, и думала, как же хорошо, что провалилась она тогда в эту полынью, быть может это и была судьба?

-Гош, пойдем искупнемся?

-Ты иди, Тань, я тебя сейчас догоню.

Там были двое: он, она,

Их сказка вечности ждала.

Снимая праздный свой наряд,

Забыв про стыд и совесть

Она в природе растворилась,

По мелким камням и траве

К воде она спустилась,

Шаг сделала, другой,

В Ундину превратилась.

Унди-и-и-и-на! Русалка ты моя любимая! Гоша с хохотом догнал Таню и осыпал ее водопадом брызг. Тань, ты выйдешь за меня замуж?

Да, я согласна!

***

Ой, Татьяна Павловна! Вы такая красивая! А какой у Вас волос длинный! -первого сентября, после линейки ребятишки окружили Таню. Еще бы, почти месяц дети не видели любимую учительницу, а когда она вернулась от родителей, то многие не сразу узнали ее- так сильно она изменилась. Перестала закручивать свои волос в пучок, сняла очки и слегка подкрасила глаза. Глаза эти так и горели огнем любви, да и вся Таня словно светилась изнутри. Щеки ее горели румянцем, да это и неудивительно, влюбленные женщины- они такие, счастливые, красивые, и загадочные.

Ну что, Татьяна Пална, слышал я, что вы замуж выходите? Когда заявление на увольнение подавать думаете? Учтите, что вот так сразу мы вас не отпустим. Только после того, как найдем вам замену.

-А с чего это я заявление писать буду? Я вам уже надоела?

-Ну как же, Гришка в этом году школу заканчивает, а Гоша говорил, что в деревне поживет, пока брат школу не закончит.

-Нет, мы решили остаться в деревне. А Гриша пусть учится, может и он решит домой вернуться.

источник

Понравилось? Поделись с друзьями:
WordPress: 6.63MB | MySQL:47 | 0,080sec