Простушка

Рая Липкина никогда не слыла красавицей. Обычное лицо с веснушками, зеленые грустные глаза, густые рыжеватые волосы. Девушка смотрела на себя в зеркало и переживала, что красотой ее бог обидел, она такая никому не нравится. А краситься-макияжиться она не умеет. Простушка, одним словом.

 

Мама ей все время твердила, что не в красоте дело, главное, чтобы душа была, да хозяйкой хорошей выросла. А красота бабья недолговечна, до первого ребеночка. А потом уж не до того будет. Только откуда же он возьмется, этот ребеночек, с такой-то невзрачной внешностью?

Вон Алька Тимохина, ее одногруппница в колледже, не девка, а картинка! Розовощекая, синеглазая, кудри вьются ниже плеч, а фигура и ноги как у актрисы, ни дать, ни взять. И чего она в театральный не поехала поступать? Ее бы точно приняли.

Но Алька осталась в родном подмосковном городке, у родителей под боком. Не хотелось ей в столице горе мыкать. Туда надо с деньгами ехать, а раз их нет, то сиди дома и жди своего часа. Рая спросила Альку, какого часа ждать-то? На что она ответила: жениха завидного.

И вот ведь, дождалась! В конце мая приехал к ним в город журналист из столицы, вел у них в колледже журналистское расследование. Студенты в подробности не вдавались и не посвящались, но журналист этот каждый день являлся в колледж, как на работу. И девушки-студентки шептались между собой, обсуждая этого красавца, одетого по последней моде.

Алька Тимохина не растерялась, взяла, да и дождалась его после занятий на остановке троллейбуса. Сама подошла, разговорилась, познакомилась. Звали красавца Георгий, а лет ему было двадцать пять. Алька поделилась своей радостью только с Раей Липкиной, которая была скромницей, поэтому не будет лишнего болтать.

В субботу в клубе был юбилейный вечер, посвященный дню пограничника. В этом клубе отмечали все праздники до единого, и всегда в конце торжественной части были танцы под живую музыку. Алька узнала, что Георгий собирается в клуб, он сам ей сказал, но ее не пригласил.

Она стала умолять Раю сходить с ней. Но девушка отказалась: никогда на танцы в клуб не ходила, надеть ей нечего, да и мама не отпустит. Но Алька не отставала. Она заявилась к Рае домой и стала уговаривать ее маму:

— Тетя Вера, отпустите Раю со мной в клуб на вечер, а то домой будет страшно одной возвращаться, — просила она, и та неожиданно согласилась: пусть, мол, идет, жалко что ли?

Алька притащила Раю к себе и решила ее преобразить. Усадила на бархатный пуфик у большого трюмо и принялась за работу. Малюсенькой щеточкой накрасила ей ресницы и подвела брови. Затем припудрила лицо и заставила покрасить губы перламутровой розовой помадой, которая пахла вишней. Подняла вверх волосы и сколола их блестящей заколкой, только маленькие пряди выпустила по бокам.

— Ну, смотри! Бриджит Бардо! Чего ты за собой не следишь никогда? Как замухрышка вечно! – сетовала Алька, доставая из шифоньера темно-синее платье из атласа.

— На, примерь, — сказала она и небрежно бросила платье на тахту. – Мне большевато, а тебе в самый раз будет.

Сама она стояла перед зеркалом в умопомрачительной комбинации с гипюром и кружевами. И Рае стало неимоверно стыдно за свою трикотажную сорочку, больше похожую на длинную майку. Она быстро облачилась в Алькино платье и взглянула на себя в зеркало. Затем надела мамины лаковые туфли-лодочки, которые взяла тайком, и почувствовала себя неземной красавицей.

Хотя Алька в ее бордовом панбархатном платье все же выглядела лучше, изящнее, и Раина «красота» блекла на ее фоне.

Когда закончился концерт, все спустились в танцевальный зал. Народу было не так много, и Георгий нашелся сразу. Он стоял у массивной колонны и рассматривал публику. Алька помахала ему рукой издалека и сказала:

— Пошли, подойдем, — но Рая застеснялась. А тут и музыка заиграла, все оживились, и Георгий направился прямо к ним.

Алька выпрямилась, на лице у нее заиграла улыбка, она аж засветилась вся. Молодой человек не спеша подошел к девушкам и, протянув руку, сказал несколько иронично:

— Разрешите вас пригласить, мадемуазель.

И обе застыли в изумлении, так как обращался он к Рае, а не к Альке. И с этого момента они стали лучшими друзьями на долгие-долгие годы. Нет, между ними не возникло любви и все эти страсти обошли их стороной. Но он лишь сказал ей тогда:

— Ты стала моей палочкой-выручалочкой от это назойливой Али. Я тебя еще в колледже заметил. Кстати, без макияжа тебе лучше.

Потом он женился в Москве на своей девушке, пригласил Раю на свадьбу, а позже она стала крестной их дочке. Так и повелось: друг семьи. А когда Рая вышла замуж, стали дружить семьями. А Аля замуж не выходила долго, все ждала «своего часа». Но и с Раей больше не общалась.

Источник

Понравилось? Поделись с друзьями:
WordPress: 6.56MB | MySQL:47 | 0,071sec