Особенный ученик

— Ну и кто ты после этого? — Вика говорила строго, совсем как воспитательница в детском саду, и также сдвинула брови.

 

 

Ее куклы и мягкие игрушки сидели за импровизированными партами, в качестве которых выступали кукольный стол, пара коробок из-под игр, и аккуратно уложенные в стопку толстые книги, которые Вика без разрешения вытащила с нижней полки книжного шкафа.

— Вот я тебя опять спрашиваю, кто ты после этого? — снова с негодованием сказала Вика.

Дверь скрипнула, приоткрылась, в комнату заглянула бабушка Вики, Наталья Валерьевна. Вика успела резко развернуться в ее сторону, заслонив собой последнюю «парту», как раз сооруженную из книг.

— В школу играешь, Викуля? — спросила бабушка.

Вика кивнула, продолжая сохранять напряженный вид и упорно прикрывая последнюю «парту».

— Это хорошо, — продолжала бабушка. — Играй. Тебе ведь и самой скоро в школу, так что это хорошая игра. Только вот я хотела у тебя спросить, почему ты своих учеников так ругаешь? Разве так правильно? Учитель ведь учит, а не ругает. Надо быть добрее, они ведь совсем еще маленькие, намного меньше, чем ты. Им ведь учиться трудно. Зачем повышать голос?

Бабушка никак не уходила из комнаты, и Вика расправила свою довольно широкую юбочку, которую она любила и часто надевала даже дома. Она стала вертеться, мысль у нее была одна — нельзя, чтобы бабушка увидела эту парту.

— Бабуля! — с нажимом сказала Вика, стараясь отвлечь внимание на себя. — Мама говорит, что все важные разговоры не надо делать на ходу. Ты иди там, сядь на диван, как будто ты — директор школы, ладно? А там — твой кабинет. А я сейчас приду.

Наталья Валерьевна улыбнулась, кивнула и вышла. Вика кинула взгляд на последнюю «парту», шикнула на своих «учеников» и быстро вышла вслед за бабушкой.

После непродолжительного разговора в «директорской» Вика, сначала делая вид, что не согласна, потом все же согласилась, что с учениками надо разговаривать мягче, и дала слово больше «не повышать голос». После этого бабушка предложила Вике поесть свежеиспеченные оладьи. Собственно, этим она и занималась, готовила оладьи, а после этого шла в комнату к игравшей там Вике.

Вика очень любила бабушкины оладушки, сама ведь с утра и просила сделать. Когда бабуля стряпала блинчики или пекла оладьи, Вика всегда была на кухне рядом, внимательно рассматривая процесс, разговаривая с бабушкой и получая свеженькую порцию горячей выпечки. Сегодня, однако, она не прибежала, когда бабушка стала ее звать из кухни, только крикнула в ответ: «Сейчас, бабуля, подожди немножко!», но не пришла. Конечно же, заигралась. Когда Наталья Валерьевна заглянула в комнату и увидела, что куклы и мягкие игрушки сидят за столами, поняла, во что играет внучка, и поняла, почему ее так увлекла эта игра, так увлекла, что Вика даже пропустила приготовление любимых оладушек.

От Натальи Валерьевны не укрылось и то, что Вика старалась спрятать — «парта», сооруженная из книг. За этой партой находился почему-то только один «ученик» — заяц, но по всей видимости парта была нужна, раз Вика решилась достать книги. За это Вика уже получала нагоняй от матери, но Наталья Валерьевна решила, что ругать не будет, это уже был бы второй выговор за утро, так и от игры отвадить можно. Просто нужно будет поговорить с Викой, подумать, что могло бы быть партой, кроме книг.

Сама Наталья Валерьевна до выхода на пенсию работала завучем в начальной школе, и знала из методической литературы, что очень важно, что дети играют в школу. Это хорошо, что Вика играет, растет девочка…

— Вика, пусть твои ученики отдохнут, а мы пойдем на кухню сейчас, пока оладушки не остыли.

Вика не выразила почему-то никакой радости.

— Бабуля, а можно я еще пять минуточек поиграю и приду есть оладушки? — спросила она. — Мне надо, очень надо закончить урок. А потом я их отпущу гулять и приду, ладно?

Наталья Валерьевна улыбнулась.

— Только долго не задерживайся, Вика. Договорились?

— Договорились! — радостно воскликнула Вика и не теряя ни минуты, побежала в комнату, где ее ждали «ученики».

«Да, растет девочка, — думала Наталья Валерьевна. — Раньше сразу побежала бы, не медля, и про игрушки все забыла бы. А тут…»

Она пошла снова на кухню, где села в свое любимое кресло, всегда так отдыхала, и отчего-то странно посмотрела на оладьи в глубокой глиняной миске. Потом взяла тонометр и измерила давление.

«Вроде бы и не высокое… Что со мной такое… Надо пойти свежим воздухом подышать».

Вика появилась через несколько минут. Сначала она подбежала и удостоверилась, что бабуля сидит в своем кресле, потом быстро прошла в ванную, там полилась вода. Наталья Валерьевна давно приучила внучку мыть руки перед едой, и Вике не нужно было об этом напоминать.

После еды они вместе с Викой убрали со стола, вместе ушли из кухни. Вика снова направилась в свою комнату, и Наталья Валерьевна вместе с ней. Никакой парты, сооруженной из книг, уже не было, а игрушки все были рассажены на диванчике.

Примерно через полчаса Наталья Валерьевна решила сходить в магазин, позвала Вику. Вика обычно с удовольствием составляла ей компанию, тем более что после этого они гуляли. Но не в этот раз. Вика наотрез отказалась идти в магазин, что-то говорила, объясняла, однако Наталья Валерьевна явно видела, что внучке попросту не хочется. Странно, конечно, но бывает, всё бывает.

Когда бабушка ушла в магазин, Вика смотрела в окно, как она отходит от дома, потом вернулась в свою комнату.

— Нет, я все же спрашиваю, вот кто ты после этого? — снова сказала она. — Еще радуйся, что я с тобой вообще разговариваю!

Смотрела Вика в сторону диванчика, где были ее игрушки-ученики.

Одна из игрушек недовольно шмыгнула носом:

— Я больша не буду…

— Ты же говорил, что она тебя не увидит!

— Она и не видит…

— А почему тогда она так кричала, а?!

— Я оладь стащил, а оладь-то она видела…

— Ты бессовестный! А сейчас, когда она сюда заходила, она тебя видела?! Ты даже из-за парты не ушел!

— Неа, не видела… Она никогда меня не видит, меня вообще никто раньше не видел, за всю жись, токо ты. Ты теперь со мной не будешь играть, а?

— Если еще раз так сделаешь, то я рассержусь! Сильно! Я ж тебе и так и оладьи, и блинчики, и конфеты, и печенья приношу. Мало, что ли?

— Ага… Они знаешь какие вкусные!

— Вредина ты, а не домовой… — устало, совсем как их воспитательница в детском саду, когда дети баловались, сказала Вика. — Ты же, хоть и маленький, а все равно ведь большой. Понимаешь, что напугать можешь, а сам все равно пугаешь.

— Я не нарошно. Я так больша не буду… — потупил голову домовой.

— Ладно, иди сюда. — Вика аккуратно сдвинула игрушки на край диванчика, сама села в центр. — Но только больше так не делай, ладно? На вот, угощайся, — Вика расстелила салфетку и выставила на нее принесенную тарелку, на которой лежали оладьи, а сбоку было налито варенье.

После того, как домовой с аппетитом съел все оладьи, Вика дала ему носовой платок, чтобы он вытер руки.

— Превкусные какие, — сказал домовой, посмотрел на Вику и вспомнил. — Спасибо. А сейчас что будем делать? Мультик по инету смотреть?

Вика строго глянула на своего друга. Подружились они уже давно, ей как раз пять лет исполнилось. Но только она выросла, стала большой, взрослой, а Сан Саныч вел себя по-прежнему, словно ребенок. Еще и шкодил, хотя всегда говорил, что не нарочно.

— Нет, — все еще суховато ответила Вика. — Читать будем! Мне в школу уже скоро, читать надо, так и мама и бабушка говорят. И папа тоже. Я буду читать, а ты — слушай и за текстом следи, а то читаешь до сих пор по слогам. И пообещай честно, что таскать с кухни ничего не будешь, и ночью тоже. А то в прошлый раз шумел там, мама проснулась, и пошла смотреть! И еще сказала, неужели мыши у нас завелись. Совсем ты от рук отбился.

Вика горестно вздохнула. Сан Саныч шмыгнул носом, виновато посмотрел на нее, и сказал:

— Честно. Не буду… Просто так сладенького охота… Я тиха.

— Никаких тихо! — Вика снова сердилась. — Я тебе на ночь вкусняшки сама приносить буду! Понятно?

— Тогда ладно, — примирительно проговорил Сан Саныч. — Но уж и ты не забывай. А то так вкусненького охота… А сказка-то какая?

Вика укоризненно покачала головой. Что с ним поделаешь? Ну совсем как ребенок! Теперь ни за что нельзя забывать вкусняшки с кухни незаметно брать. Надо котика попросить, тогда и молоко можно будет в блюдце наливать, чтобы никто ничего не подумал… Мама обещала котика, надо уговорить.

— Про Незнайку сегодня.

— Ура! Про Незнайку! Вот это я люблю. Давай читай скорее!

— Тарелку вымою и будем читать. Надо все вовремя убирать, — назидательно сказала Вика.

Когда она наконец вернулась и снова устроилась на диванчике, теперь с книгой, Сан Саныч сел поближе, прислонился к Викиной руке и принялся рассматривать картинку в начале рассказа.

Вернувшаяся из магазина Наталья Валерьевна застала внучку, вдохновенно читающую о приключениях шаловливого Незнайки.

«Растет девочка, совсем самостоятельной становится», — снова подумала она, не стала мешать, решив что погулять они могут и на полчаса позже обычного.

источник

Понравилось? Поделись с друзьями:
WordPress: 9.33MB | MySQL:57 | 0,176sec