Невестка

— Мам, ну что ты… Не надо, не плачь. Я Лилю очень люблю, и она меня. У нас всё хорошо, не переживай! — увещевал Кирилл.

Людмила Николаевна кивала, но на душе у неё было неспокойно… Подумать только! Её мальчик… Он же сам ещё ребёнок!

…Муж ушёл от Людмилы Николаевны, когда сыну Кириллу едва исполнилось четыре года. Одной с маленьким ребёнком было тяжело. Родители у неё жили далеко, и помочь ничем не могли, а родители мужа и подавно. Они и раньше-то не проявляли никакого интереса к внуку, ведь муж Люды, Иван, их первый сын, а после него у родителей было ещё пятеро детей, которых нужно было кормить, одевать, обувать и ставить на ноги. Они только вздохнули с облегчением, когда Ваня женился и съехал, наконец, от них…

 

 

А Иван… Прожили они в браке с Людой пять лет, а потом он нашёл себе другую. Сначала изменял Людмиле, она терпела, прощала, а потом терпение у неё кончилась, и она его выгнала. Просто выставила за дверь чемодан с вещами и закрылась на задвижку. Он пришёл с очередной гулянки поздно вечером, дверь своими ключами открыть не смог, стучал-стучал, а Людмила не открыла.

Стала одна с маленьким Кириллом жить. Хорошо, что квартира эта принадлежала ей. От предприятия, на котором работала, Люда по льготной цене приобрела однушку на стадии строительства, и через три года стала счастливой обладательницей собственной жилплощади и съехала из общежития, в котором жила с тех самых пор, как после института решила в столице остаться.

К тому времени Людмиле исполнилось двадцать восемь. Личной жизни никакой. Работа отнимала всё её время и силы.

Иван пришёл к ним в отдел работать и сразу стал объектом всеобщего внимания. Коллектив-то в основном женский был. Василий Петрович, пожилой инженер, только из мужчин, а остальные — женщины. А тут Иван — парень молодой.

Стали они ему глазки строить, да напрасно, потому что он на Людмилу запал. Во-первых, Иван мечтал семью создать, а все женщины тут замужние были, а во-вторых, Людмила на него никакого внимания не обращала, вся в работе была, что тоже роль сыграло. Хоть и старше она была его на пять лет, да понравилась ему чрезвычайно, прямо влюбился в неё. И захотел с ней поближе познакомиться. На свидания приглашал, а она — ни в какую, отказывалась. То работы у неё много, то дома дел хватает, привыкла она уже к своему одиночеству, да и Иван ей не сильно нравился, слишком уж великого мнения о себе был, знал, что симпатичен и женщинам нравится, а Люду это раздражало. Тогда он красивые букеты прямо на работу стал приносить, и Людмиле на стол ставить. И шоколадки в ящики её стола незаметно прятать и другие милые презенты. Растаяла Людмила от такого красивого ухаживания и обратила, наконец, на парня внимание.

Они поженились. Через год Кирюша родился. Жили хорошо, дружно. Делили заботы о малыше пополам. А потом, когда сынок подрос немного, и Людмила на работу вышла после декрета, то обнаружила, что коллеги за её спиной перешёптываются и как-то странно на неё смотрят. В конце концов, Люда поняла сама, что к чему. В её отсутствие муж даром времени не терял и стал встречаться с одной молоденькой практиканткой из соседнего отдела. Конечно, шила в мешке не утаишь, да Иван и не старался особо, поэтому вскоре об этом болтали все, кому не лень. А когда из декрета вернулась Люда, все притихли. Сказать напрямую ей никто не решался, все молча ждали развязки.

Вскоре она наступила. Люда, что называется, застукала парочку прямо на месте преступления. Людмиле нужно было отнести рабочие документы на другой этаж здания. Она вызвала лифт и ждала, стоя в просторном холле. Лифтов было несколько, и тут двери одного из них открылись, и Люда увидела «картину маслом». Её собственный горячо любимый муж целовал другую женщину. Они даже не заметили, что двери лифта открылись. Людмила от неожиданности громко выронила папку с бумагами, которую держала в руках, и только после этого парочка оторвалась от своего увлекательного занятия и, как ни в чем не бывало, вышла из лифта. Девушка гордо прошествовала мимо Люды, стуча каблучками, а муж сделал вид, что так и надо, и даже стал помогать Люде собирать упавшие бумаги. Но она влепила ему звонкую пощёчину и стремительно вышла из холла. А потом пошла в кабинет к начальнику и, сказавшись больной, отпросилась с работы.

Злые языки несколько недель обсуждали это происшествие. Конечно же, нашлись свидетели, хотя Людмила была готова поклясться, что холл в тот момент был абсолютно пустой. Она ещё тогда подумала, что не зря говорят что «и у стен есть уши».

Дома был скандал. Иван пытался убедить Людмилу, что между ним и той прекрасной барышней ничего нет, но она ему, конечно же, не поверила. Переживала она сильно. Женщине казалось, что муж изменяет ей оттого, что она его старше. А как ей было так не думать, если та пассия действительно была намного моложе Людмилы? Однако, через некоторое время, Иван смог заслужить прощение. Он начал ухаживать за Людмилой так, как будто они только что встретились. Дарил цветы, ежеминутно клялся в любви, окружил заботой, много помогал с сыном, полностью взял на себя домашние дела, словом Людмила растаяла и простила мужа.

Оказалось, что напрасно. Ничто не могло удержать его от походов «налево». Масла в огонь подливало то, что супруги продолжали работать в одном отделе. Людмиле надоело быть посмешищем и объектом шуток, и она рассталась с Иваном, а потом сменила место работы. Никто не удивился её решению. Начальник молча подписал заявление об уходе. Все понимали, что работать бок о бок с бывшим мужем, который изменял ей направо и налево, было просто невозможно.

…Прошло двадцать лет. Кирилл вырос. Окончил школу, поступил в университет, отучился, получил профессию биолога. В армию его не взяли из-за плохого зрения — в Людмилу пошёл, она всегда в очках ходила. Устроился на работу. По иронии судьбы на то самое предприятие, где когда-то работали родители…

Иван все годы исправно платил алименты, но с сыном виделся редко и особого интереса к нему не проявлял. Однако Людмила знала, что с прежнего места работы он уволился, потом сменил его ещё пару раз. Когда Кирилл вырос, их общение сошло на «нет».

Людмила больше замуж не вышла. Так получилось. Сначала всю себя сыну посвящала, растила, старалась, а потом привыкла уже одна, и никаких отношений ей было не нужно. Кроме того, предательство мужа оставило в душе женщины глубокий след.

Когда Кирилл подрос, Людмила всерьёз задумалась о его будущем. Она всегда копила деньги, думала, Кириллу на обучение пригодятся, но сын поступил сам, на бюджет, и тогда Люда решила купить ему квартиру. Негоже уже с мамой жить, решила она, пускай к самостоятельности привыкает, личную жизнь устраивает. Хоть от матери у него секретов никогда не было, но домой он девушек водить стеснялся, да и некуда было — квартира-то однокомнатная.

Кирилл матери часто звонил, рассказывал о своих делах. Но вдруг с каких-то пор звонки стали реже. А потом совсем прекратились.

Людмила терпела, старалась в жизнь сына не вмешиваться, однако материнское сердце подсказывало, что что-то не так. Сначала Люда позвонила Кириллу сама. Он ответил, что всё нормально. Однако на более подробные расспросы отвечал уклончиво. Людмила звала его в гости, но сын отнекивался и сказал, что занят. Мать ещё больше насторожилась: чем мог быть занят её сын? Живёт один. Пришёл с работы, поел и отдыхай. Чем можно быть так занятым, что к матери некогда зайти? Тут уж Людмила всерьёз обеспокоилась и решила сама в гости нагрянуть, без приглашения. Купила тортик к чаю, села на автобус и через полчаса уже нажимала кнопку звонка.

— Привет, мам, — сказал сын, открыв дверь.

И тут Людмила увидела, что за спиной у Кирилла один за одним, трое детишек маленьких выбежали. Стоят, глазёнками моргают, смотрят на незнакомую тётю. А сын смутился сначала, а потом говорит:

— Проходи, мам!

А потом повернулся к детям и сказал:

— Идите-идите, обнимите бабушку, что стоите? Невежливо так поступать.

У Людмилы дар речи пропал. Она уже бабушка?! Как так?!

А сын потупился и говорит:

— Ты извини, мам… Я всё как-то не решался тебе сказать…

— Кто там, Кирюша? — послышался из кухни мелодичный женский голос.

— В общем, я женился, — продолжил сын, — На Лиле. Она хорошая. Я уверен, вы подружитесь.

— А дети? — только и смогла вымолвить ошарашенная мать.

— Мам, это дети Лили, от первого брака. Первый муж, он бросил Лилю… Там очень грустная история… Словом, я стал отцом троих детей, а ты бабушкой…

Людмила и Кирилл не сразу заметили, как из кухни в коридор тихо вошла Лиля и слышала весь разговор. Людмила обратила внимание, что та была сильно старше сына.

— Боже мой, он же сам почти что ребёнок ещё! — не удержалась Людмила.

— Мы любим друг друга, — тихо сказала женщина, — Кирилл — он замечательный!

— Конечно, замечательный, — поджала губы мать, и на глазах её выступили слёзы. А сама она подумала о том, что не такой судьбы желала своему сыну. Чужие дети? Целых трое? Сыну двадцать пять лет, вся жизнь впереди! А своих захочет? А эти? Боже… Она закрыла лицо руками.

— Мама! Не плачь, пожалуйста! — обнял Людмилу Кирилл, а потом грустно добавил:

— Видишь, поэтому я и не решался тебе сказать…

Людмила вовсе не хотела устраивать истерику на глазах сына и новоявленной невестки. Ей действительно нужно было время, чтобы осознать такие перемены в жизни Кирилла.

В тот день они всё-таки посидели за столом, попили чаю. Людмила взяла себя в руки и попыталась трезво оценить ситуацию: сын выглядел счастливым, Лиля смотрела на него влюблёнными глазами, а детки были воспитанные, ухоженные, не капризные и было видно, что они уже успели полюбить сына и относятся к нему как к отцу. Это выглядело так трогательно! Самого младшего пора было укладывать спать. Сын взял его на руки и отправился читать ему сказку. А двоих других Лиля увела на кухню ужинать. Малыши были самостоятельные. Они покушали омлет, выпили чай и поставили тарелки в раковину. Потом взяли веник и совок и стали дружно подметать крошки с пола, которые сами накрошили, когда ели булочку…

Людмила стояла в дверях кухни и с улыбкой наблюдала за ними. Наконец, Лиля заметила свекровь и тихо сказала:

— Людмила Николаевна! Спасибо вам за сына! Я его очень сильно люблю. Он очень хороший.

— Я вижу, девочка, — проговорила Людмила, смахивая набегавшие на глаза слёзы, — Просто, понимаешь, я это несколько иначе представляла…

— Я знаю… Знаю… — сказала Лиля и, сделав шаг навстречу, обняла свекровь.

…Людмила Николаевна очень грустила о том, что её мечты о будущем сына были разбиты. Всё пошло наперекосяк. Она прочила ему молоденькую невесту, пышную свадьбу. Потом медовый месяц, потом когда-нибудь они бы радостно сообщили ей, что скоро она станет бабушкой. Беременность, ожидание малыша, рождение своего малыша, пелёнки, распашонки… А тут… Кроме того, памятуя о собственном жизненном опыте, мать боялась, что сын может бросить Лилю, ведь она его старше, так же как Иван поступил когда-то с ней самой. Кирилл молоденький ещё совсем, а Лиля уже умудрённая жизнью женщина, побывавшая замужем. Да ещё и мысль о её корыстных целях всё же нет-нет, да и приходила Людмиле в голову. И все знакомые скептически отнеслись к этому браку. В глаза, конечно, никто ничего не говорил, однако за спиной шептались и наговаривали на Лилю гадости…

Вот и не знала Людмила радоваться ей или грустить от таких новостей. Сын нашёл счастье или повесил хомут на шею?

Жанна Шинелева.

источник

Понравилось? Поделись с друзьями:
WordPress: 9.22MB | MySQL:47 | 0,287sec