Испортили

Глафира Петровна точно знала что порча и всяческое чародейство существует и были тому в ее жизни многочисленные подтверждения. Все началось еще когда она была совсем девчонкой — только-только восемнадцать годков исполнилось, школу закончила и уже в техникуме училась, хотела стать швеей, одевать женщин по всему Союзу, жить хорошо и с пользой для общества! Да не сложилось… А кто виноват в этом оказался? Что все испортило?! Ну, если не прямо, так хоть косвенно… Колдовство! И Глафира Петровна все эти десятилетия отлично помнила все трагические моменты…

 

 

…Тогда она на каникулы домой — в родную деревню приехала и пошла на танцы в клуб. Пришла самая красивая, модная, нарядная — в лаковых туфельках и платье с гипюровыми рукавами, которое, между прочим, сама сшила! Отбою не было от кавалеров! Глафира с гордостью поглядывала на местных девчат — ну, как вам, мол, такая городская красота? А потом пропала… С первого взгляда! Потому что такой красавец на танец пригласил… Русые волосы, синие, как речка в ясный день, глаза, статный, крепкий… Оказалось, что это дальний родственник Федора — который был в деревне очень важным человеком, потому что был трактористом-передовиком. Этого родственника звали Колей, он приехал из города на каникулы тоже… И приехал, что казалось просто знаковым, из того же города, в котором Глаша училась и как выяснилось, даже жили они на одной и той же улице — только она в общежитии, а он в комнате у одной родственницы-старушки… Танцем единственным дело не ограничилось и вскоре Глаша с Николаем стали встречаться все чаще, все больше времени проводить вместе… Он умел и пошутить, и о серьезном поговорить. Он многое понимал в жизни, хотя ему всего двадцать четыре было… Глаша не сомневалась в том, что она встретила своего суженого, так, чтобы на всю жизнь вместе! Но потом как гром среди ясного неба, да еще с молнией в самое темечко, он ее поразил словами о том, что ему, мол, нашли невесту…

— В каком смысле нашли? — не поняла Глаша. — Мы в каком году живем?! Ты сам решаешь, на ком жениться!

— А я и не говорю, что меня кто-то неволит, — пожал плечами Коля. — Просто мне подсказали…

Они сидели на пригорке у реки. Стоял знойный, ленивый полдень, над травами порхали стрекозы, шмели и прочая живность из племени насекомых… Николай, зажевав травинку, прищурившись смотрел на ленту реки. А потом он заговорил… Сказал, что девушка эта — Ирина, очень хорошая. Хозяйственная, скромная… Николай сказал, что он сейчас агротехника диплом получит и в деревню вернуться хочет, будет тут дом ставить…

— Пойми, ты славная девчонка, — сказал он Глафире. — Но мы слишком с тобой разные! Ты в городе поселиться хочешь, думаешь в Москву поехать даже потом… А я никуда отсюда! Тут мать моя с отцом, предки все… Или я тебе жизнь испорчу или ты мне, уж извини, я правду говорю, как есть!

Вскочив на ноги, Глаша сперва едва не разревелась, а потом расхохоталась… Нет, это же просто невозможно было! Это Ирина то хозяйственная и скромная?! Да она, эта Иришка, как мышь серая! Все лицо в следах-оспинах, вырастила ее бабка полоумная, Иришка вечно что-то дома чистит, готовит, в огороде копается, с людьми мало общается… Дура старорежимная, как есть! Все это Глафира высказала Николаю в лицо. Она стояла, едва не задыхаясь — от волнения горького, которое объяло сердце и полуденной жары.

— Зря ты так, — покачал он головой. — Просто все люди разные… Одним одно надо, другим — другое… Я свой выбор сделал. И тебе желаю встретить хорошего человека…

— Ненавижу! — выкрикнула Глафира и убежала.

В этот же вечер она призналась своей прабабушке в том, как расстроились, разлетелись вдребезги ее планы на счастливую жизнь… Прабабушка вздохнула и сказала, что такое, оно случается… И добавила как бы невзначай, что видимо, Ирине этой не по вкусу пришлось счастье Глаши, вот она и приворожила Николая. Глафира сперва в шоке это слушала… Ну, что за бред?! Какой еще приворот?!

Прошло время… Она уехала обратно в город, потом под Новый год в гости вернулась… Узнала, что Николай и Ирина поженились, что он ее на руках буквально носит, что они первенца ждут… У самой же Глафиры, кстати, личная жизнь не особо складывалась. Так, была парочка романов… Но один кавалер оказался женатым наглецом-подлецом, второй просто лентяй был и не знал, к чему в жизни стремится… И за что, скажите, такое несчастье?! Нет, думала Глаша, смотря на парочку голубков этих… Точно, приворожила!

И когда она приняла эту мысль, то… На сердце легче стало! Потому что поняла — это не жизнь такая несправедливая, непредсказуемая, это человек злой, оказывается, может другому человеку хорошему все так испортить!

Но постепенно боль несбывшихся надежд начала отступать… Глафира закончила учиться и устроилась на работу в ателье. Там же, недалеко от работы, стала снимать комнату в коммунальной квартире. Работа шла потихоньку, были клиентки всякие… А потом, разговорившись с одной, Глафира вдруг узнала, что оказывается, даже если нет у тебя в роду бабки-ведуньи, а у Ирины такая точно была… Она узнала, что даже не имея такого наследия, но в плане магии обычный человек тоже может сделать кое-что для своего счастья!

И вот, по совету этой доброй женщины, Глаша поставила на подоконник в своей комнате горшок с особым растением — называлось оно денежное дерево. И стала поливать его, приговаривая, что листочки на нем должны расти, а ей в жизни — благ прибывать… Постепенно, кстати, Глаша получила повышение в ателье, про нее пошла добрая слава, особенно среди тех — кто мечтал о шикарных пальто и курточках… Но она только усмехалась, когда ей говорили комплименты о ее мастерстве и опускала глаза — она то знала, что если бы не денежное дерево, то сидеть бы ей самой простой швеей до сих пор!

А потом произошел один просто страшный случай, после которого Глашу из ателье выгнали! Началось все с того, что к ним стала ходить молоденькая жена директора универсама. Всем было известно, что муж ее на двадцать лет старше и что у нее глаз дурной! Вот и Глаша заболела после ее визита…

— Грипп по городу ходит, — сказала одна из коллег. — Вот ведь, как бывает! Среди лета и грипп… Ты давай, Глафира, закаляйся, витамины пей!

Но Глафира уже знала, почему ей дурно… Почему мутит по утрам и лицом посерела… Конечно, из-за этой молоденькой ведьмы! И она решила в этот раз не позволять так вот с собой обращаться! И когда пальто заканчивала шить, то спрятала в подкладку пару щепок и еще заговор на бумажке — как все сделать, прабабка в письме рассказала.

Прошло три недели еще, а лучше Глаше как-то не становилось… Она начала думать, что вообще больна… И вдруг явилась та юная особа, да еще вместе с мужем. И какой же скандал они подняли на все ателье! Аж хозяйка его явилась и все тыкали в Глафиру пальцами — мол, смотрите, какую гадость она в пальто подложила! Оказалось, деревянная щепка через подкладку уколола красавицу и та поняла — что-то не так с одежкой…

Буквально в этот же день Глафира оказалась на улице, то есть ее выгнали с позором и только благодаря заступничеству одной из старших коллег разрешили уволиться по собственному желанию, а не с такой записью в трудовой, которая бы перечеркнула любую нормальную карьеру в дальнейшем… Но вот стыдили не сдерживаясь! Безобразие же, говорили, мало того, что так с лучшими клиентами поступать, так еще и суеверия какие-то древние разводить!

И словно всего этого было мало, а Глаша, решившая наконец-то пойти к врачу, вдруг узнала, что она беременна!

— Как же вы раньше не поняли, девушка, — строго сказал ей пожилой доктор в очках. — У вас, к сожалению, слабый организм… Вам теперь нужно в первую очередь о ребенке думать! Вы, кстати, не замужем ведь?

Глаша покачала головой — ни мужа, ни жениха! А тот, кто отцом оказался, он вообще… Был в городе проездом, в командировке, он был геологом и там романтично умел рассказывать о том, как много путешествовал… Встретились, расстались и даже адреса он своего не оставил! Глаша только знала, что он женат. И дочка есть. И еще два сына. Зачем с ним встречалась? Уже позже, оглядываясь назад, она с отвращением к себе понимала, что просто… Ей было одиноко! Ей хотелось внимания! Пусть даже было ясно с самого начала, что все это — лишь блеклая иллюзия любви…

Это было странно, поразительно, пугающе, но… Именно здесь, в кабинете врача, Глафира вдруг поняла, что жизнь ее — переворачивается, меняется так, как она и вообразить не могла бы прежде! Она вдруг поняла, что внутри нее — существует маленькая, хрупкая жизнь, которая зависит от нее… И еще она поняла, что она перед этой маленькой жизнью уже виновата… Привела в этот мир так легкомысленно, будучи такой эгоисткой, которая жила лишь мгновениями, не задумываясь о последствиях!

— Я оставляю ребенка, — твердо сказала Глаша.

Но как бы ни было велико осознание нового, как ни походило оно на долгожданный рассвет после штормовой ночи, оно не принесло в жизнь Глафиры автоматически ничего прекрасного… Скорее, оно могло послужить теперь ориентиром и… поддержкой. А поддержка ей понадобилась!

Потому что, во-первых, семья, узнав эту новость, пришла в шок и была очень недовольна тем, что приличная вроде бы девочка натворила такое безобразие! Во-вторых, Глаше теперь непросто было устроиться на работу… Просто ей было очень трудно врать, говорить что-то об изменившихся жизненных планах, в связи с которыми ушла из ателье… Ей так хотелось признаться, что это она сама во всем виновата! Ей казалось, что люди видят ее насквозь… Но все-таки устроилась — на швейную фабрику. Там же получила служебное жилье — снимать комнату теперь было непозволительной роскошью — каждую копейку нужно было откладывать на малыша. Потому что родня твердо сказала — ты, бессовестная, кашу эту заварила, ты и расхлебывай!

Правда, потом Глаша все-таки дерзко решилась — приехала в деревню с младенцем на руках, без предупреждения постучалась в родительский дом и глянула в глаза своей семье — что, мол, выгонять будете или поглядите на внука, единственное ваше продолжение через меня? Родные сжалились… Смирились… Прабабушка только сказала, что всегда знала, что Глафира — бедовая девка!

Через четыре года, когда сынок Гена, уже вовсю ходил в детский сад, Глафира познакомилась с мужчиной. Познакомились они там же — в детском саду, откуда он пришел забрать дочку и все возился, одевал ее в теплые одежки неловко… Вообще, первое впечатление было такое, что этот симпатичный молодой мужчина не живет — а существует по инерции, потерянным ходит… И первое впечатление не обмануло — Валерий был вдовцом. Слово за слово… И меньше чем через год поженились.

Глафира переехала в его квартиру — получил от завода и стала мачехой для Леночки. И это было вторым открытием, перевернувшем ее жизнь — то, что малышку она вдруг полюбила как родную, вот не меньше, чем родного ребенка! Еще через несколько лет Валерий получил новую жилплощадь — двухкомнатную квартиру…

Все эти годы Глаша продолжала работать на швейной фабрике. И от всякого там потустороннего и мистического держалась подальше… Но однажды случилось то, что заставило вернуться.

Просто однажды на Леночку, возвращавшуюся из школы, наскочила собака. Именно наскочила и напугала, не покусала! Но девочка так перепугалась, что стала заикаться… Естественно, ходили по логопедам… Потом муж записал дочку к какому-то светилу науки — но очередь у нему была на месяцы вперед. А на каникулы Глафира повезла детей в деревню — к своей семье… И там, ее прабабушка сказала, что будет лечить Елену от сглаза.

— Мы уже к врачу хорошему записались, — сказала Глаша.

Но потом подумала… Прабабушка уже старенькая, говорит сама — что со дня на день уйдет, так что обижать ее? От дочки не убудет! Елену отвели в баню и прабабушка там вокруг нее ходила, шептала что-то, обмахивала пучками тлеющей травы с горьким запахом…

— Молодец! — сказал Глаше ее отец, когда Леночка после сего сеанса лечения не только заикаться не перестала, но и теперь боялась засыпать без света. — Думаю, тебе бы лет двести назад жить, дочка… Хорош дурью маяться!

Вернулись в город, отвели дочку к тому самому доктору… И Леночке вдруг стало резко лучше!

— Я же говорил, что все получится, — радовался Валерий. — Просто нужен был специалист с новейшей методикой! Вот, до чего наука дошла — теперь наша Елена говорит так, что диктором может становиться!

Глаша была рада, но призадумалась — сколько до этого по докторам бегали, а эффекта не было… Так может, эта колдовская мудрость прабабушки помогла?

И мысль эта так прочно засела в ее голове, что она стала больше задумываться о том, как бы… Жизнь свою улучшить? И так в жизни ее семьи стали потихоньку появляться новые правила… Например, она никогда не мыла, не подметала пол, после того, как кто-то из дому уходил… Она запрещала детям свистеть — чтобы не пропал достаток.

— Не смейся много! — бывало строжилась Глафира на сына или дочку. — А то как бы плакать не пришлось…

Снова, как и молодости, поселилось на подоконнике денежное дерево. Валерий, естественное, многие из этих перемен подмечал, но или не обращал на них внимания или беззлобно подшучивал. Только однажды по-настоящему крупно поссорились — когда Глафира отказала соседке, заглянувшей за солью.

— Ей просто нужна была пара щепоток соли! Вечер на дворе, муж из гаража вернулся — с машиной возился, мы с Мишкой помогали… — высказывался Валера, вышагивая по кухне и размахивая руками. — Жена ему ужин готовить, а соли — нету, закончилась! И что, трудно тебе было ей одолжить?

Глафира стояла, уперев руки в бока и поджав губы. Она уже объяснила — что нельзя так делать, даже если соседи как будто хорошие люди… А муж все никак не хотел понять! Позже, естественно, помирились… И Валерий махнул рукой на все эти суеверия.

Выросли, окончили школу и поступили в институт сын и дочка. Глафира вышла на пенсию — оказалось, что профессия ее, которой все силы отдавала годами, повредила спине, шее и мучил остеохондроз…

Елена выучилась на врача, а потом познакомилась с неким Борисом и укатила жить в соседний город, только свадьбу еще в родном сыграли… Приезжала, конечно, в гости — проведать родителей, внуков показать, но… По сути, теперь жила совсем отдельным семейством.

А вот сыночек к радости Глафиры остался тут же и работал с городским отоплением. Его избранницей стала девушка, на которую Глаша не могла нарадоваться — учительница младших классов, воспитанная, интеллигентная и скромная красавица… На такую взглянешь и ясно — эта будет доброй хозяйкой в доме, верной женой, с ней можно жить в радости!

Однако, вскоре выяснилось, что эта особа такая материалистка… Валерий прямо расцвел — нашел себе союзника в том, чтобы высмеивать суеверия супруги!

— Не надо этого, пожалуйста, — с вежливой, но презрительной такой улыбочкой однажды сказала Марина, возвращая Глафире оберег из монет и цветных нитей, который она ей подложила на дно дамской сумочки. — Вы же знаете, я в такое не верю…

— А если не веришь, то тем более — почему не принять? — спросила Глафира и руки в бока уперла, как бы намекая — я свой подарочек со смыслом обратно не возьму. — Тебе от этого ни горячо, ни холодно, а польза может быть великая…

— Извините, — усмехнулась Марина. — Но это просто смешно!

И что с такой невесткой было делать — непонятно! Казалось, она все делает как специально… Только бы Глафире на старости лет нервы помотать! Например, стало известно, что будет у нее с Виктором первенец, то она принялась вещи для ребенка покупать и детскую оформлять…

— Вы с ума сошли?! — невестка с порога повысила голос. — Вы что себе позволяете?!

Глафира накануне побывала в квартире молодых, пока те были на работе и… коляску, колыбельку и еще кое-что забрала к себе. Потому что собиралась потом в магазин вернуть. Она также попыталась объяснить невестке, какую ошибку та совершает…

— Так, — в голосе и взгляде Марины было столько льда, что можно было бы создать айсберг в экваториальных широтах. — Давайте ключи от нашей квартиры. Больше к нам без приглашения — ни ногой! А во-вторых… — она протопала в зал и взяла в одну руку — коляску, в другую — колыбельку. Вещи были еще в заводской упаковке, так что ухватила кое-как…

— Надорвешься! — кинулась к ней Глафира.

Она пыталась отнять вещи, но невестка держала цепко и только что не ворчала как сторожевая разъяренная собака. Глафира отпустила, отступила и примирительно подняла обе руки.

— Я просто о тебе забочусь… Тебе вредно тяжелое носить! Прости, я как лучше хотела… Не зря же мудрость есть такая, приметы, не на ровном же месте они возникли… Я просто хочу, чтобы ты здоровой была! Вот и решила помочь…

— Не ваше дело… — процедила Марина и ушла со своей ношей.

Так обидно было… Ладно, может, не стоило так в открытую действовать, но… Невестка очень сильно обидела Глафиру, по сути, вот так отрезав ее от дома собственного сына! Началось противостояние… Гена был на стороне жены и призывал маму к благоразумию. Валерий умолял оставить его в покое и не вмешивать в эти разборки — ему на заводе реальных проблем хватает, а он, между прочим, уже мог бы на пенсию выйти и вообще от всех и всего отдыхать, но продолжает работать как вол ради семьи!

Кое-как помирились… Глафира была теперь вынуждена молча смотреть, как невестка делает все неправильно… Беременная ест рыбу! Носит красное! А еще она узнала, что Гена дома свистит…

А потом случилось то, чего Глафира так боялась — непослушная невестка угодила в больницу! Лежала там до самых родов… Глафира места себе не находила — искала заговоры на здоровье для будущей мамы и даже попыталась сама соорудить оберег для нее и малыша…

А потом все завершилось благополучно. Вся семья собралась встретить Марину с ребенком на выписке — с воздушными шариками, улыбками, цветами, то есть, как полагается…

Глафира на радостях поделилась тем, что она тоже старалась, чтобы все хорошо кончилось! И ей было очень обидно, когда они втроем — Марина, Гена и даже родной Валера рассмеялись ей в лицо и заявили, что может быть, ей на старости лет пора с этими глупостями кончать? Потому что помогли Марине, конечно же, замечательные врачи…

— Поехали домой и давайте хотя бы сегодня не ссориться! — сказала Марина.

Глафира вздохнула — и что вот ей делать? Оставалось только, пожалуй, смириться… Она кивнула. Взглянула на внука и на душе как-то посветлело… Все подошли к машине, начали устраиваться, естественно — на лучшее место пропустив молодую мамочку…

Глафира замешкалась, потом вытащила из кармана куртки оберег, который сшила сама — маленькую тряпичную куколку… Вздохнула и решительно закинула его в ближайший, почти растаявший серый сугроб. Ну его! Пусть в самом деле — молодая семья живет, как хочет… А она постарается просто быть им хорошей мамой и бабушкой, свекровью… А суеверия… Может быть и в самом деле пора прислушаться к мужу и попробовать каждый день просто жить, не задумываясь о них? Ведь это, это вполне может оказаться правдой…

Автор: Анна Антонова

источник

Понравилось? Поделись с друзьями:
WordPress: 6.7MB | MySQL:47 | 0,080sec