Чтобы мама поняла, пришлось куртку порвать

Молодая женщина вдруг полюбила фортепианную музыку. Начала ходить на концерты. И искать выступления гениальных музыкантов в интернете.

Она смотрела, как у них летают пальцы по клавишам, слушала, как рождается гениальная музыка. И млела.

Самой обучаться было уже поздно. И она решила, что ее ребенок пройдет по тернистым музыкальным дорогам к будущей славе.

Родилась девочка. И у нее было чудесное детство. Ребенок не знал, что ее ожидает в будущем.

Наконец первый класс. Одновременно мать отдала ее в музыкальную школу. Девочка была меленькой и ничего не думала по этому поводу. Она тупо подчинялась воле взрослого человека. В обычной школе все хорошо. И даже домашнее задание выполнялось без особых хлопот.

Родители купили инструмент, поставили его на почетное место. Мать ходила, гладила его рукой, как кошку. Вечерами поднимали крышку и заставляли дочку разучивать первые упражнения.

Так прошел первый класс. Начался второй. Девочка постигала музыкальные азы без особого энтузиазма. И матери приходилось оказывать давление. Она принимала грозный вид и нависала грозовой тучей над ребенком. Редко когда обходилось без слез.

Когда девочка выросла и стала взрослой, то вспоминала, что музыкальные упражнения вызывали у нее ненависть. Она жила в тоске, ожидая вечернюю муку.

В конце второго класса она решилась на протест: не пошла в школу. Мать, не обращая внимания на слезы и крики, решительно, чуть не за руку притащила девочку в музыкальную школу.

Ее материнской воли хватило еще на третий и на половину четвертого класса. То есть ребенок слушался. Потому что боялся. Со слезами и скандалами выполнялись домашние задания. Со слезами ходили в школу. Были у девочки конфликты с учителями: не хотела она заниматься.

В конце четвертого класса девочка «дала матери генеральное сражение». Дело было так. Со слезами собирались на занятия. Наконец оделись и вышли из дома. Девочка идет впереди, мать, как надзиратель, сзади. Идут молча, не разговаривают. На девочке – дорогая новая куртка, купленная накануне.

Вдруг девочка ускоряет шаг. Мать ничего не понимает, но следит. Девочка, заметив на заборе большой гвоздь, подходит и на глазах у изумленной матери рвет куртку. Гвоздь легко проехался по рукаву. И от него повисли разрезанные края, как поникшие крылья.

Дочь посмотрела на мать немигающим взглядом и сказала: «Бить будешь»? Это на улице! И это говорит четвероклассник! Ежедневная борьба с матерью закалила.

 

Не хочу

Что делать? Пришлось вернуться домой. Мать отступила, как говорится, с позором. Дочь одержала победу.

Все усилия напрасны.

Дочь выросла. И рассказывала, что у нее долгие годы сохранялась махровая ненависть к музыке. Вид фортепианных клавиш раздражал. И только годам к сорока душа начала успокаиваться. И женщина смогла спокойно слушать музыкальные звуки. И у нее даже начал вырабатываться вкус.

Со своими детьми она поступила иначе. Без насилия. Сын у нее спортсмен. Дочь без особых увлечений. Но это не помешало ей стать хорошим человеком.

Еще в одной семье, я знаю, дочь научилась кататься на коньках в какой-то секции. Тоже в секции овладела основными стилями плавания. Но спортсменкой не стала.

Затем ее водили в художественную школу. Без каких-то обязательств. И она поняла, что такое рисунок. И что такое живопись – попозже. Все это она узнала: как плавать и рисовать, как бегло скользить по льду. Но она не узнала, что такое принуждение, что такое унижение. Детство у нее было хорошим.

У Чарльза Диккенса есть такое выражение: «Узник за фортепиано». Оно мне очень нравится.

источник

Понравилось? Поделись с друзьями:
WordPress: 6.6MB | MySQL:47 | 0,079sec