Что принёс в семью приёмный ребёнок

Лида сегодня вышла с работы раньше, так как ей нужно было зайти в церковь по дороге. Сегодня годовщина маминой смepти и Лида всегда в этот день приходила в церковь, ставила свечку за упoкой, заказывала службу. В выходной она планировала поехать к ней на кладбище. Почему-то сегодня она взяла в киоске 2 свечки, одну, как обычно, поставила на поминальную сторону, а со второй подошла к иконе Богородицы, которая в этой церкви считалась наиболее почитаемой и возле неё всегда кто-то стоял. Лида поставила свечу напротив иконы, стала немного сбоку, чтобы не мешать тем, кто подходил к иконе и почему-то ей захотелось мысленно поговорить с Богородицей, рассказать ей свои проблемы.

 

 

Она рассказывала, что мамы нет уже 10 лет, а 5 лет назад, когда она наконец –то после длительного лечения забеременела, она заболела гриппом в тяжёлой форме с высокой температурой. Ребёнок, мальчик, умер внутри и врачи сообщили ей, что больше она никогда не сможет родить. Отношения с мужем совсем испортились и они всё дальше уходят друг от друга. Он пропадает в гараже каждый вечер, часто приходит выпивши. И она просто не знает, что делать, как спасти брак, ведь они создавали семью по большой любви. Перекрестившись, поблагодарив мысленно Богородицу, что смогла высказать и немного облегчить душу, Лида вышла из храма.

Стоял сентябрь, солнце светило, почти как летом и женщина решила пройтись пешком через сквер и немного посидеть на лавочке. Дома её никто не ждал, спешить было некуда, она подошла к лавочке, которая стояла немного обособленно.

Где –то очень вдалеке гуляли мамы с детьми и она не хотела расстраиваться ещё больше. Только она присела, собираясь подставить лицо солнышку, как услышала какое-то то ли кряхтение, то ли мяуканье. Опять кто-то выбросил котёнка, подумала она, заглянув под лавочку.

Прямо под лавкой лежал какой-то куль и в нём что-то шевелилось и пищало. Лида решила посмотреть, что там и вытащила этот свёрток. Когда она тянула, свёрток размотался и на землю вывалился ребёнок. На нём была ещё пуповина, он был грязный и пищал из последних сил.

Лида быстро подхватила ребёнка на руки, ребёнок посмотрел на неё своими осознанным взглядом, затем скривил ротик и начал плакать. Она оглянулась вокруг- никого рядом не было, возможно, ребёнок давно лежит здесь.

Лида запеленала в те тряпки, которые были для этого попригодней, сняла с себя верхнюю кофточку, запеленала сверху ребёнка и быстрым шагом направилась к выходу.

Ей повезло, такси остановилось сразу. Водитель не стал ничего спрашивать, видя необычный свёрток в её руках, но постарался ехать побыстрее, объезжая пробки.

Лиде повезло, ей никто не встретился ни в подъезде, ни в лифте. На удивление, дома был муж Сева и даже трезвый. Он хотел буркнуть, как обычно, что он в гараж и протиснуться мимо неё боком, но она сказала:

— Я принесла нашего ребёнка. Севочка, я умоляю тебя и соглашусь на всё, даже на любовницу, но позвони своей сестричке.

— Какой ребёнок, какая любовница, что ты опять начинаешь, мы договорились, что приёмных не будет- он хотел ещё что-то добавить, но вдруг ребёнок, который пригрелся на руках у Лиды, от громких голосов проснулся и начал плакать. Тут Сева понял, что Лида действительно принесла ребёнка в дом.

Когда они распеленали его, увидели, что это мальчик, которого нужно было помыть, но вот пуповина, что делать с ней. Пока Лида побежала за тазиком с водой, Сева осторожно взял ребёнка на руки, чтобы тот перестал плакать. Внезапно малыш взглянул на Севу каким-то внимательным взглядом и Сева понял, что нужно срочно звонить сестре. Его сестра была главврачом роддома и сейчас нужна была её помощь. Правда, они уже месяца три не разговаривали, никак не могли поделить оставшуюся в наследство от тёти трёхкомнатную квартиру.

Набрав сестру, он вкратце объяснил ситуацию, добавив, что если поможет, он откажется от своей доли в наследстве. На что сестра ответила, что он идиот, чтобы через полчаса были в роддоме и не вздумали купать ребёнка. Добавила только:

— Пусть Лида скажет, что рожала дома, понял? Что на учет не вставала. А насчет квартиры – не сейчас, договоримся.

Через полчаса такси привезло их к роддому, навстречу им уже выбежала Светлана Дмитриевна, на ходу одевая белый халат. Она громогласно кричала на весь коридор:

— Наслушались разной ерунды и рожают дома. А я тебе говорила, братец, не слушай жену. Хорошо, что я милицию не вызвала на вашу акушерку. Давай сюда ребёнка, сейчас наш неонатолог главный подъедет. Мы даже не знаем, как проходила беременность. Ох, Лидка, хорошо, что ребёнка не погубила.

Лида была подготовлена к тому, что так нужно, но всё-таки растерялась при такой тираде. Она отдала ребёнка в руки главврачу, испугано глядя на неё, но Светлана подмигнула ей и пошла с ребёнком наверх, отрезав через плечо:

— Ждите.

Пока ребёнка полностью обследовали, обрабатывали пупок, купали, кормили, Сева с Лидой места не находили в приёмном покое. Потом привезли роженицу, они немного отвлеклись и Сева поймал себя на мысли, что он уже считает этого ребёнка своим.

Через 2 часа вышла главврач и сказала, что ребёнок на удивление, по всем признакам полностью здоров. Родился он примерно этой ночью. Конечно, анализы на генетику будут через 3-4 дня готовы. Потом отвела брата с женой в свой кабинет и сказала:

— Если анализы не покажут нарушений, а я сделала полностью всё, что можно сделать, то поздравляю вас, вы станете родителями вполне здорового малыша. Только вот что… документы я Лиде сделаю все, что нужно. Получится, что она родила, значит, получит и декретные и всё остальное. Сделаю всё, как нужно. Но как вы покажетесь соседям, ведь Лида не ходила беременной. И наверняка, когда ребёнок вырастет, найдутся доброжелатели, сами понимаете.

Они оба понимающе кивнули.

— Так вот, Сева, не сочти меня меркантильной, но я меняю тётину 3-х комнатную без ремонта на твою двухкомнатную с ремонтом. И переезжаете вы туда сразу, чтобы соседи не судачили. Документы оформим потом, это не к спеху. Вот ключи, я сейчас принесу и детское питание и запас памперсов. Детского врача по месту жительства я извещу, завтра придёт. А ребёнка забрать можно сейчас.

Дальше она вкратце рассказала об уходе за новорождённым. Лида обняла Свету, прижалась к ней и поблагодарила от души. Сестра пальцем смахнула слезу и сказала – удачи вам. Документы я оформлю завтра с утра и подвезу сама Идите туда, где новорождённых выдают, пусть будет как у всех.

Сева взял запелёнатого в чистые пелёнки малыша, умытого, накормленного и сладко спящего, и у него где-то из солнечного сплетения поднялся комок. Санитарка подала пакет с памперсами, детским питанием и некоторыми детскими вещами, которые выделялись в роддомах, их взяла Лида и на дрожащих ногах они вышли из дверей. Было уже темно, но их поджидал муж Светы, который и отвез их в новую квартиру.

— В новую жизнь, подумала Лида.

***

Квартира была немного запущенная, но имела 2 балкона и три большие комнаты. Мебель была старая, но можно было перевести затем свою, новую. По очереди проветрили комнаты от затхлости, Лида прибралась, а Сева сбегал в магазин за продуктами, хорошо, что рядом магазин работал допоздна.

Малыш проснулся, когда Сева зашёл в квартиру. Лида приготовила ему смесь, как научила Света и начала кормить. Сева сидел рядом и смотрел, как тот чмокает. Он спросил жену, как же назовём сына? Вместе дали ему имя – Богдан, оно наиболее подходило ему. Богдан ночью вставал ещё 2 раза кушать и муж просыпался вместе с женой.

С утра Лида позвонила на работу и предупредила, что не выйдет на работу по семейным обстоятельствам, а к 11 часам подъехал муж Светланы и привез все документы на ребёнка, а также полностью всё приданное от пустышек и погремушек до коляски и кроватки.

Потянулись дни и бессонные ночи, хотя нужно сказать, что Богдан был спокойным ребёнком, Лида в центральном офисе оформила декрет, сказав, что ходила на работу до последнего.

Малыш набирал вес, развивался как положено по всем нормативам, в три месяца был осмотрен специалистами, отклонений не было. В семье наладились отношения и Лида с удовольствием наблюдала, как Сева агукал Богдану.

Его крестили в той же церкви, где Лида открыла сердце и душу перед иконой. Крёстной была, естественно, Света, сестра Севы, а крестным Сева позвал старого друга по институту. Всё шло своим чередом, Когда Богдану исполнилось 3 года, он пошёл в садик, а Лида вышла на работу и сразу в другой филиал, не там, где работала раньше. Они жили в противоположном районе Москвы и знакомые встречались крайне редко, А Богдан был очень похожим на Севу, такой же светловолосый и голубоглазый.

Как-то раз, отмечая четвёртый день рождения Богдана, Света сказала, что Богдану очень повезло с его родителями, не всем детям выпадает так в жизни. Кум спросил, что она имеет в виду, Света возьми и расскажи, что лежит сейчас у них отказной ребёнок, девочка. Главное, мама девочки отказалась от неё из-за того, что у ребёнка были срощенные пальчики на обеих руках, средний и безымянный. Как не уговаривала её главврач, женщина даже не хотела смотреть в сторону ребёнка, мол, уродка ей не нужна. И муж поддержал. Хотя наверняка это из-за генной мутации кого-то из родителей. Продержали ребёнка в роддоме, сколько могли, теперь отправляют в дом малютки. А с таким дефектом её вряд ли возьмут на усыновление. И Света вздохнула, не могла она за столько лет привыкнуть к матерям – кукушкам.

Вечером, укладывая спать Богдана и рассказывая ему сказку на ночь о пряничном домике, она подумала, что это замечательно, что у Севы есть сестра. Вот она у родителей была одна и теперь, после их трагической смерти у неё никого не осталось. Сын уснул, она подошла к мужу, который читал какую-то книгу. Она поинтересовалась, что за книга, оказалось, медицинская энциклопедия. Она просто спросила мужа:

— Давай завтра проконсультируемся у специалиста, а потом поедем к Свете?

Муж кивнул, но сказал, что сначала нужно подъехать к Свете, а потом уже будем спрашивать, что делать, так как нужно успеть сделать документы и тормознуть отправление ребёнка в дом малютки. Лида спросила – готов ли он опять к тому, что нужно будет вставать к ребёнку ночью, к режущимся зубкам и смене памперсов, на что Сева ответил, что он как чувствовал и спрятал оставшиеся памперсы на антресоли. Ремонт они сделали 2 года назад, Сева неплохо зарабатывал, Лиде вот придется опять идти в декрет, но есть варианты.

Утром они позвонили Свете, Светлане Дмитриевне и сказали ей, что хотят посмотреть отказную девочку. Она промолчала 1-2 минуты и ответила, что звонили уже по её поводу, что приедут сегодня переводить ребёнка в Дом Малютки, но она отложит на 3 дня, якобы у ребёнка подозрение на инфекцию. Затем добавила, что они оба сумасшедшие, но она рада за их решение. У Светы у самой было трое детей и все мальчики.

 

Она организовала им встречу с младенцем, Лида взяла её на руки, повернулась с ним к Севе. Малышка была абсолютно спокойна, пускала пузыри и махала крошечными ручками. Сева подставил ей свой палец, она попыталась ухватить его, посмотрела на будущего папу и улыбнулась. Да, пальчики были сросшимися, но даже если не удастся это исправить, все равно они решили оба, что это судьба. София также была светловолосой, голубыми глазами и чем-то даже напоминала Богдана.

Документы Света сделала. Она не считала, что делает что-то предрассудительное, это не торговля, не взятка, а просто шанс как для ребёнка, так и для родителей.

Девочку они забрали сразу домой опять с набором смеси на первое время и упаковкой памперсов. Да и почему-то детские вещи были не выброшены, а упакованы на антресоль. Богдана из садика забирал всегда Сева на машине, Лиду там видели не часто, работу она заканчивала позже и филиал её был не по пути. По дороге он сказал сыну, что мама родила ему сестричку и теперь он будет ей старшим братом, будет охранять её и защищать, потому, что он взрослый и мужчина. Эти слова привели Богдана в восторг, он сразу почувствовал свою значимость и с нетерпением ждал встречи с сестрой.

С работой решилось, с большим скрипом, ей намекнули, что она поступает «некрасиво» и им необходимо срочно искать замену работника среди горячей поры (сентябрь, только что закончился сезон отпуском и мёртвого сезона).

Да Лида и не тревожилась, это были нулевые годы, муж открыл свою фирму и они не бедствовали. Сонечке со временем при помощи сестры через её знакомых нашли в Москве специалиста, который сумел разделить её пальчики. Брат любил свою сестричку, с удовольствием помогал маме присматривать за ней. Дети росли, вот уже Богдан в первом классе, Соня в садике. В семье появился компьютер, Лида научилась дизайну интерьера, заказы были и в деньгах семья особо не нуждалась.

Со временем Лида, да и Сева начали замечать за Софией одну особенность. Она могла сидеть и долго глядеть в одну точку. На вопрос родителей, что она там видит, она отвечала – всякое. Но вне этого София оставалась живой и непоседливой девочкой.

***

Когда Соня пошла в школу, она перестала часто «зависать», как говорил Богдан. Учёба детям давалась легко, Лида много занималась с ними. Со школы и в школу детей отвозил Сева на машине. Он не доверял их даже шофёру. Однажды по дороге домой Соня, немного «зависнув», глядя на папу, спросила Севу:

– Папа, ты маму любишь?

— Конечно люблю, а почему ты спрашиваешь?

— А почему ты сегодня чужую тётю обнимал и целовал?

— Какую тётю?

— С рыжими волосами, в красной юбке. Я видела. Папа, она плохая, не целуй её, пожалуйста.

— Солнышко, Сонечка, тебе показалось!

От неожиданности Сева чуть не выпустил руль. Действительно, они приняли на работу молодого пиар- менеджера, Олечку. Она усиленно строила ему глазки, подначивала его. Рыжая, с длинными ногами, высокой грудью и крутой задницей, она держала в тонусе всех мужчин в компании. Сегодня, когда она приносила бумаги на подпись, он не выдержал, зажал её в угол и впился в её пухлые губы. Хорошо, что зазвонил телефон секретаря. Но как это могла узнать Соня? Кто-то сказал? Нееет, этого не мог никто сделать. Но она точно описала Олю.

— Папа, это правда? – оторвавшись от игры, отозвался Богдан.

— Нет, Соня что-то нафантазировала, она опять зависала, — ответил Сева.

— Соня, когда зависает, она всегда что-то видит. Правда Соня? Она мне рассказывает иногда очень интересные штуки.

Сева от неожиданной новости решил остановить машину на обочине и поговорить с детьми. Это не было похоже на выдумку. Его дети… ну не может быть…хотя, почему не может… рыжая в красной юбке. Это никто не мог видеть.

— Дети, я обещаю, что ту тётю больше целовать не буду. И давайте, что бы мама не расстраивалась, это будет наша тайна: и тётя, и то, что Соня может что-то видеть. Кто знает, как она к этому отнесётся. А ты Богдан, ты тоже можешь зависать так?

— Нет, папа, не могу, это Соня у нас такая. Но ты точно больше не будешь целовать чужих тёть?

— Богдан, я даю слово как мужчина, ты же веришь мне? Я ошибся, постараюсь больше такого не повторять. Соня, ну ты же можешь подтвердить?

Сева понимал, что сейчас он может потерять всё: семью, доверие детей из-за какой –то красной юбки.

— Папа, я же не всегда вижу, а эта тётя хочет для тебя плохое. Я опасность могу видеть, да и то не всегда… Прогони её, она злая очень.

— Хорошо, я её уволю. Прямо завтра. Вы и мама для меня дороже всего. А сейчас я звоню маме и мы все вместе пойдём в кафе, давно там не были. А насчёт тайны – мы договорились?

— ДААА, — хором ответили дети.

Сева вздохнул облегчённо и взял телефон. Назавтра он затребовал документы Ольги, посмотрел её рекомендации, просмотрел её социальные сети. Да, Соня была права, от Ольги нужно было немедленно избавляться. Шёл 2007 год, промышленный шпионаж уже вовсю работал и конкуренты не дремали.

Дети росли, Соня «зависала» всё реже. После окончания 9 класса родители класса, где учился Богдан, решили отметить выпуск. Всё обсудили, Лида, как несвязанная с рабочим графиком, помогала всё организовывать. Заказали ресторан, все подготовили. Перед выходом, пока мама красилась, Соня остановила Севу и сказала:

— Папа, не идите туда, совсем не идите. Там будет плохо Богдану. Не знаю, что сделать, но не идите. Она смотрела на отца отчаянным взглядом. Сева, зная её секрет, полностью поверил дочке, только переспросил, может возможно позже прийти.

— Нет, папочка, сделай что-то, чтобы совсем не идти вам всем.

Тут Сева подмигнул Соне, схватился одной рукой за сердце, другой за дверь, начал закатывать глаза и попросил Соню довести его до кровати. Соня громко позвала маму, крикнув, что папе плохо. Лида, испугалась, быстро вызвала скорую. Скорая приехала быстро, отослав жену за паспортом и полисом, Сева быстро сунул в карман купюру врачу и попросил, чтобы та просто сказала, что у него плохо с сердцем, в больницу не нужно, просто я должен остаться дома под присмотром жены. Врач улыбнулась и сказала, что сделаем.

Минут 40 она добросовестно делала ему кардиограмму, морщилась, звонила куда-то, сделала укол, скорее всего витамины. Затем сказала, чтобы он не вставал, скорее всего, это коронарный спазм, предложила или в больницу или второе посещения бригады через 2 часа, выразительно намекнув, что и им нужно будет заплатить. Сева сказал, что будет дома, подождут бригаду, а если что, тогда поедет.

Естественно, никто не поехал, только Богдан подошёл к Софии и спросил:

— Что Сонька, твоих рук дело?

— Да я тебя от смерти спасаю, Бодя.

Богдан хмыкнул и отошёл. Папе через 2 часа стало лучше, но ни на какой праздник семья не пошла. Лида инструкции передала по телефону, скоординировала всех, деньги были у другой мамы из родительского комитета. Так что это не отразилось особо ни на ком, кроме Богдана.

Почти ночью позвонила мама одного из одноклассников и сообщила шокирующую новость. В ресторане, одновременно с ними, но в другом зале, праздновали что-то ребята из одной из республик Северного Кавказа. Тогда они чувствовали себя более вольготно и могли свободно носить оружие, особенно, если их отцы были достаточно богатыми или занимали какой-то пост в Москве. Они между собой поспорили, начали стрелять, одноклассник, друг Богдана, был убит наповал случайной пулей, были несколько человек раненых. Родители бросились драться с той компанией, приехала полиция, забрали несколько человек, в том числе и родителей, и подростков в отделение для разбирательства.

Эта новость ошарашила всю семью. Разговор слышали все, просто все сидели молча, переваривая услышанное. Богдан бросился к Соне, обнял её и шепнул на ухо:

— Жаль, у Витьки нет…не было, такой сестры, как ты.

Сева обнял их обоих, а Лида обняла Севу.

Вчера Соня их спасла. Был ещё один момент, когда они хотели покупать участок для строительства дома в деревне. Соня также категорически настояла на том, что это участок плохой. Перепроверили документы, всё в порядке, но затем оказалось, что здесь раньше стоял дом. Он сгорел полностью, кто-то подпёр двери и вся семья в доме сгорела заживо. Участок нашли другой, ненамного дороже, но без такого наследства.

Дети выросли, сначала Богдан поступил учиться, через 3 года и Соня. В 2016 году Соня спасла компанию отца от разорения, предупредив, что мужчина с седой бородой это не тот, за кого выдает себя и он несет зло. Ничего подписывать не нужно с ним, иначе мы будем продавать все имущество. Было много чего по мелочи, о чем предупреждала Соня семью, «зависнув», иногда в самый неподходящий момент. Когда ей исполнилось 18 лет, на свой день рождения она сказала родителям:

— Папа, мама, я знаю, что вы мне не родные. Но я не хочу искать своих настоящих родителей, которые от меня отказались. Помните – для меня вы самые настоящие и самые лучшие папа и мама. Я вас очень люблю и буду стараться, чтобы вы всегда были счастливы.

источник

Понравилось? Поделись с друзьями:
WordPress: 6.63MB | MySQL:47 | 0,082sec